Дебютантка поневоле, или Как (не) выйти замуж за дракона

Вот и сейчас Конрад чувствовал, как та пульсировала.

Повернув драконью голову, Конрад высмотрел вдалеке светящиеся огоньки нескольких домов Волчьего Дола. Лирри Милтон все еще оставалась в трактире, но когда он закончит с Риксоном, то обязательно разыщет ее в столице!

***

Город вырос словно из ниоткуда, и я прозевала первое его появление.

Сперва вдали виднелась лишь синяя туманная дымка, в которой мне чудилось бесконечное море, убегающее далеко за горизонт. Издалека оно казалось теплым и ласковым, похожим на пушистого котенка; совсем не таким, как моих в родных краях, где темные свинцовые волны с яростью обрушиваются на серые скалы и выходить на рыбацкий промысел решаются только самые отважные.

Здесь все было другим.

Сочная зелень приятно радовала глаз, луга по обе стороны Западного Тракта пестрели цветами, словно украшали дорогу к столице, а затем я рассмотрела в синей дымке море и... пропустила появление самого Хейвена.

- Нянюшка, ты только погляди! – воскликнула я, когда наконец заметила столицу.

Белокаменная, сверкающая на солнце золотыми куполами, встроенная на груди у синего моря, великолепная жемчужина Далмарка – именно таким мне увиделся славный город Хейвен.

Затаив дыхание, я разглядывала высоченные защитные стены, в два ряда окружавшие столицу, острые шпили стел в честь драконьих Богов и, словно подсвеченный солнечными лучами, королевский дворец, выстроенный, вернее, вырубленный в скале.

Я читала о нем – его построили больше пяти сотен лет назад мастера из гномьего народа, и их непревзойденное мастерство поражало воображение. Настолько сильно, что сейчас я долго не могла прийти в себя от восторга.

Но нянюшка моих чувств не разделяла. Даже смотреть не стала, пробормотав, что в гробу она видела эти столицы и что лучше Скалла все равно города нет, после чего углубилась в свое вязание, поудобнее пристроив возле ног корзинку с рукодельем.

Я же снова высунулась из окна и принялась смотреть на то, как приближался Хейвен. Иногда возвращалась в повозку и задергивала шторки, чтобы окончательно не пропылиться, когда мимо нас проносились всадники или же дорогущие экипажи.

В некоторые были запряжены четверки, а то и шестерки лошадей, а вовсе не старый мерин Дьюки и его лягающийся собрат Тимон, как в нашу.