Человек дождя и слёз

Вот почти Анна Семенович, но лицом немного не дотянула. Значит, она и Санти завлекала, и натравливала, получается, на меня!

– Даже так, Санти? Что же, колечко, говоришь? Ладно, давай, пусть будет. Твои извинения принимаются. Так и так, садись и пиши, что в знак своих лучших дружеских чувств ко мне, ты мне даришь это колечко с зелёным камушком на вечные времена. Печать поставь и магически поклянись, что если ты хоть немножечко соврал мне о своих дружеских чувствах, пусть у тебя рука, дарящая мне колечко, отсохнет.

И тогда я с тобой вообще знаться не буду. Но за то, что ты меня бил, отомщу! Как пить дать!

Это, что же, меня потянуло прямо на рэкет? Сам не ожидал! С другой стороны, я уж выучен, что слова сами по себе ничего не стоят. Времена такие дома были! Мамой, как правило, клянутся только те, которые потом тебе в спину острый кинжал воткнут. Пацан сказал, пацан сделал, это только в сказках бывает, и только лохи таким словам могут верить! А мне никак не хотелось быть лохом!

Ладно, пусть что будет! Выкручусь как-нибудь.

Само собой, ошеломленный Санти сел и как миленький написал расписку о дарении колечка мне, и даже печать свою поставил. Надо же, и текст нормальный – вполне себе привычные мне буквы и знаки препинания. Хотя, я из памяти Арчи знал, что так и было. Кстати, и у меня имелись большая и малая графские печати. Я же теперь граф! От матери Арчи в наследство остались. Никто, к счастью, не присвоил, и ему же и отдали. Да и без печатей владетелю никак нельзя! Правда, как я понял, они у меня никак не являлись магическими.

Не порядок! У мага и печати должны быть только магическими! Этот вопрос следовало обдумать.

Ну а после, и даже с небольшим шариком воды в правой руке, точно уж магической клятвы, которую скрепя сердце таки произнёс Санти, я слегка приобнял соседа и чувственно произнёс:

– Вот теперь мы с тобой, Санти, друзья. Знаешь, пусть Адель навсегда останется твоей. Я и близко к ней подходить не буду! Ты же знаешь, что она очень даже нравилась мне, – тут толстячок слегка кивнул.

– Знаешь, мы с ней несколько раз целовались, но я, Единым клянусь, больше даже думать о ней не буду! Согласен? – и протянул правую руку. Конечно, испуганный Санти тут же осторожно пожал её. Его колечко мне понравилось. На на палец одевать его я не стал, а вот на шею, через верёвочку, повешу.

Может, потом Санти опомнится и будет думать, как поступить, но поступок уже совершён, клятва дана и моя рука принята. Не так-то просто будет дать задний ход.