Проклятая фея. Истина во тьме

Сначала мама, теперь еще и со мной проблемы. Когда все высокопоставленные мужчины заняли свои места, поднялся судья Милиор.

– Леди Лариниэль Лиатари, Вы обвиняетесь в измене и приговариваетесь к казни.

Эти холодные рубленые слова с силой и болью вбивались в мою голову. Зал зароптал, но не возмущенно, а, скорее, недоуменно. Каждому из сидящих здесь на самом-то деле была безразлична я и моя судьба. Им просто скучно. Неожиданно Его Величество поднял руку, останавливая судью.

– Мы решили изменить приговор, – повисла оглушительная тишина, – Измена – это весьма серьезное преступление, однако, Мы благоволим роду Лиатари, наследницей которого является леди Лариниэль.

Мы приговариваем леди Лариниэль Лиатари к лишению крыльев и последующему немедленному изгнанию.

Онемевшее основание крыльев отозвалось тупой фантомной болью предстоящих страданий. Сил держать лицо больше не осталось. Подошедшая стража указала мне на боковую дверь. Прежде чем скрыться из вида всей этой аристократии, я обернулась. Дедушка с невероятно грустным и серьезным выражением лица что-то быстро говорил Валу.

Теперь, когда меня вывели из зала суда, можно было не так сильно сдерживаться. Только сейчас на меня нахлынули отчаяние и дикий страх, изо всех сил подавляемые ранее.

– Ждите здесь. Пытаться бежать не советую. Не усугубляйте и без того свое тяжелое положение, – бросил перед уходом начальник королевской стражи.

– Лариниэль, – едва слышно позвал другой стражник, а в руку ткнулось что-то холодное, гладкое и продолговатое, – выпей, когда никто видеть не будет.

Без лишних вопросов я забрала пузырек. У Валатиена везде связи. Только он мог столь быстро провернуть нечто такое. Руки тряслись, в горле стоял болезненно-горький ком, а в голове шумело от резкого прилива крови. Дрожащими руками откупорила крышечку и залпом выпила содержимое пузырька, осевшее мерзким привкусом на языке. Не прошло и минуты, как на меня накатило спокойствие, скорее даже безразличие. Его Величество проявил великодушие? Ха, как бы не так! Он приговорил меня к еще более мучительной смерти.

Любому существу в этом мире известно о единственной уязвимости фей. Мы не можем долго прожить без волшебной пыльцы, с каждым днем медленно и болезненно слабея, увядая. В конце концов таких фей ждет лишь три исхода: смерть, полное лишение магических сил и сумасшествие. Великодушие… Вот так Вы отплатили дедушке, преданному короне и готовому отдать жизнь на благо королевству.

Вошедший мужчина, облаченный во все алое, прервал мои мысли.