Проклятая фея. Истина во тьме

К моменту, когда я, следуя за демоницей, вошла в столовую, она уже почти полностью была забита.

Визуализация персонажей, появившихся в этой главе:Ректор академии Кентар ли Фтор:

Дариана:

Глава 3.

Шум, гам, смех. Все было совсем не так, как в моей Миалинской академии. Там во время обеденного перерыва царила чинная, постная тишина. Никто даже не разговаривал. Любого нарушителя спокойствия, коим довольно часто была именно я, одаривали испепеляющими взглядами.

– Чего застыла? Рот хотя бы прикрой, – хмыкнула Дариана.

Демоница, плавно покачивая бедрами, прошла к раздаче. Я последовала за ней, ловя на себе любопытные взгляды. Конечно! Мантия моего факультета осталась в комнате, а Дариана не напомнила, так как сама ее не носит. На меня смотрели не все, но многие. И эльфы, и дриады, и оборотни с демонами. В этой академии учились даже несколько фей-полукровок, выделявшихся на общем фоне очень светлыми волосами.

– Идем, – Дариана явно взяла надо мной шефство. Сейчас я этому была только рада, учитывая свое состояние

Удивительно, но интерес ко мне быстро пропал.

***

– Откуда ты? – задала вопрос соседка, падая на свою кровать в нашей комнате.

– Издалека, – уклончиво ответила я.

– Как хочешь. Тебе повезло, что сегодня выходной.

– Угу, – ответила, попутно просматривая свое новое расписание. Оно, пусть и не очень сильно, но отличалось от того, что было у меня ранее.

– Будь потише. Я вздремнуть хочу, – потянувшись, Дариана скользнула под одеяло и прикрыла черные глаза.

Вздохнув, села на кровать. Взгляд устремился к лишь наполовину разобранной сумке. Вот и занятие себе нашла. Пришло время спокойно посмотреть, что же собрали самые близкие для меня люди. Деньги, лекарства, несколько дорогих сердцу безделушек и парочка книг. Одна из них привлекла мое внимание, так как последний раз я видела ее на полке в кабинете дедушки. Он никогда не позволял мне не то чтобы ее открыть, даже прикасаться к ней.

Стоило открыть первую страницу, как на колени выскользнул сложенный листок бумаги. На глаза навернулись слезы. Дедушкин почерк. Только странный. Резкий, отрывистый, с помарками и кляксами, но точно его.

«Моя маленькая девочка, моя Лариниэль. Если ты читаешь это письмо, значит, меня нет рядом. Даже не знаю, радоваться или печалиться. Думаю, у тебя много вопросов. Начну с того, что ты больше не во власти нашего короля.