Проклятая фея. Истина во тьме

На мягкой подкладке лежал перстень с прозрачным камнем. Изящное аккуратное украшение выглядело очень дорого.

– Мне кажется, это сапфирит, – задумчиво произнесла подруга. – Только у него можно сделать такую необычную огранку, а еще он может быть хорошим накопителем.

Я была согласна с Дарианой, но продолжала молчать. Вынув кольцо, поднесла его ближе к глазам, чтобы лучше рассмотреть. Ободок кольца был выполнен в виде лозы. Возле сапфирита располагались искусно выполненные листочки разных размеров, которые и держали камень.

– Очень красивое, – тихо выдохнула я.

Покрутив кольцо еще немного и особо ни на что не надеясь, все же обнаружила то, что искала. Изнутри тем же почерком, что и на перстне лорда Рантора было выгравировано: «М.Ф.».

– М.Ф.? Почему?

– Что? – спросила Рина, подходя ближе и наклоняясь к украшению.

– Почерк тот же, а инициалы сменились немного.

– Ничего необычного, – с грустной улыбкой ответила демоница, – просто артефактор вышла замуж.

– Ого!

– Надевай.

– Что? Нет! Нужно вернуть! Оно слишком дорогое.

– Ты хочешь обидеть моего дядю? Обидишь его, расстроишь и меня, – встала в позу девушка, уперев руки в бока.

– А с чего ты решила, что это лорд Азор подарил? Вообще-то я не говорила, от кого оно, – подозрительно спросила я, прищурившись.

– Я… ну… эм… Мы же только что его обсуждали. Это логично! – выпалила Рина.

– Вовсе нет.

– И вообще! Что ты к словам придираешься?! Давай, надевай!

А я что? Подчинилась. Спорить сил не было, да и, чего уж таить, кольцо мне очень-очень понравилось.

Рантор Шассирт

– С Лариниэль точно все в порядке? – в который уже раз спросил донельзя напряженный друг.

– Да. Довел ее до самого входа в женское общежитие и проследил, чтобы она туда вошла, – вновь повторил я, понимая, в каком состоянии сейчас Арид.

Самого затрясло от страха, до частичного оборота, когда почувствовал попытку взлома сознания моей маленькой феечки. Очень грубую попытку. А когда увидел Ааритана, мир заволокла алая пелена ненависти.

Как удержал Арида от необдуманного поступка, даже не знаю. Очнулся лишь тогда, когда увидел удаляющуюся спину фея. Моя сущность, как и тогда, возле ворот, стремилась уберечь, спрятать, утешить мое сокровище, прижать к себе, но я сумел сдержаться. С опаской заглянув в глаза Лариниэль, просто утонул в ее искрящейся радости, смущении и немой благодарности. Сердце было готово выскочить из груди.