Ты станешь моей княгиней?

Полуприлегающий рубашечный силуэт со спадающей в пол юбкой и длинными, присобранными на запястьях рукавами, смотрелся как что-то среднее между русским сарафаном и свободной рубахой. Очень скромно. Но когда я двигалась, натуральный шелк обрисовывал все обводы и изгибы фигуры, красиво переливаясь нежными оттенками зеленого перламутра.

Наташа помнила и одобрила это платье, а потом, задумчиво посмотрев на меня, ушла на второй этаж дома. Вернувшись, раскрыла передо мной футляр размером с ноутбук. Там, на черной бархатной подкладке, лежал гарнитур: два браслета – широкий и узкий, два таких же кольца, большая выпуклая гривна на цепочке – на шею и длинные серьги–цепочки с медальонами на концах.

- Это тебе. Я хотела другой подарок, но этот больше в тему. Я когда-то купила – не устояла. Но так и не нацепила на себя ни разу. Слишком необычно и даже вызывающе. А вот для невесты – самое то. Это будет стиль « а ля рюс». Пусть помнят свои корни.

А я решила обязательно найти завтра за день обруч на голову и подобие паволоки. Старху решили купить белую рубашку.

Утром я позвонила в кафе. Мой жених спал, попросив разбудить его через час.

До вечера я успела сделать еще кучу дел, в том числе – встретить родителей и брата. Пока бегала, мозги отключились, заботы заняли все время и мысли. Но вот когда уже у меня дома Наташа помогала мне одеваться, я вдруг вспомнила, что царапнуло тогда по душе. Меня буквально пронзила эта мысль - если бы я сейчас не согласилась быть с ним, то он просто ушел бы, отказавшись от меня тоже.

Прожил бы свою жизнь там. Женился, полюбив когда-нибудь другую. Он смог бы без меня - выжил бы, там была его страна и обязанности перед народом.

Сомнения опять навалились кучей - старик ВИДЕЛ или предположил? Я сейчас прыгаю в омут с головой. Принимаю все на веру. Что, если я тоже сейчас желанна для него потому, что недоступна, как Лиина в свое время? А потом ему подарят какую-нибудь восточную красавицу – опытную и умелую.

- Скажи хоть что-нибудь, а то я уже боюсь - у тебя выражение лица просто отчаянное. Даша, немедленно выговорись, – подруга смотрела серьезно и внимательно, – что случилось? Предсвадебный мандраж?

- Наташа... я поверила, что он изменился.