Пятая капля

— Будем приводить себя в порядок. Что для этого здесь имеется?

Помещение вновь было подвергнуто осмотру, только теперь более тщательному. Сама удивляясь нахлынувшей на меня решительности, я начала открывать дверцы высоких вычурных шкафов.

— Ого, да это настоящие сокровища! — восхитилась я, обнаружив дорогие вечерние платья в одном из деревянных исполинов.

А взгляд сразу выцепил его... Строгое чёрное платье, расшитое серебряной нитью, завораживало своим изяществом и красотой. Высокий стоячий ворот с кружевным плетением и обилием мелких жемчужных бусин, шлейф с атласным подбоем.

Любая женщина на моём месте обрадовалась бы такой находке. А у меня так и вовсе пальцы задрожали. Такой красоты в жизни никогда не приходилось ещё видеть.

Помучиться с платьем, правда, мне пришлось. В этом мире не знали ни молний, ни пуговиц. Сплошные крючочки и шнурочки. Но я справилась.

Пожалела о том, что волосы никак не удастся приспособить под это великолепие. Тут нужна высокая причёска, желательно, с диадемой, а брать чужие украшения я не решилась, пусть и обнаружила дорогие штучки в одном из ящиков комода.

— Ничего, я и так получила намного больше, чем рассчитывала, — разглядывая своё отражение в зеркале, сказала я.

Глава 11

Пижама была задвинута в самый дальний угол шкафа. Потом заберу. Тапочки поменяла на остроносые туфли. Для меня каблук был слишком высоким, но другая обувь к платью просто не подходит.

— Да я, прям, светская львица, — пройдясь по комнате, хихикнула я.

Входная дверь распахнулась, впуская моё наваждение. Мне очень хотелось разглядеть того, кто был исполнителем моего желания. Но лицо ночного кошмара было скрыто плотной полумаской, а фигуру прятал длинный плащ. Пришлось довольствоваться чёрными волосами, заплетёнными в тугую косу, да гладко выбритым квадратным подбородком, говорящем о сложном характере своего владельца.

Меня тоже окинули внимательным взглядом, под которым стало реально неуютно.

— Могла бы и поскромнее одеться.

Снова засбоило сердце. Я совершенно не представляла, что меня ожидает впереди.

— Руку, — требовательно произнёс назвавшийся Нойтенштеггером.

Глубоко вздохнув, я сделала шаг навстречу.

Снова меня потащили по каменным коридорам. Запомнить количество поворотов, по которым мы шли, я не смогла. В голове была какая-то вязкая каша.

Наконец мой сопровождающий остановился перед высокой двустворчатой дверью.

— Ни слова. Все разговоры я беру на себя.