Неждана

— Да, какие ж из нас дружинники, коли мы за семью свою у родной избы постоять не сумеем? За братца родного не вступимся? — подорвался Всеволод и потащил за собой Вячеслава.

Для поступления в дружину почти все уже наготовили, Кони объезжены, мечи да кольчуги у коваля еще по осени забрали.

Не думали братья, что первый раз новенькими мечами им на дворе махать придется, ступая по гнилой репе и дохлым крысам. А с кем воевать? Куколок слепых заговоренных, что вдоль забора развесили, с ниток черных сбили да обратно в избу воротились.

Да, и за то малое время успели деревенские братьев помоями окатить с той стороны забора. Обидно стало. Кольчуги совсем новые, а теперь все забились зловонной жижей -долго придется рыбьи кишки вонючие счищать.

На удивление помогло. Как нитки перерезали, куколки в снег с забора попадали, Богдаша перестал хрипеть и хвататься за горлышко.

— Говорят, скоморохи в Коромыслях пляшут, — зачем-то вспомнил Добросвет. — С медведем... В княжий терем идут — сказывали.

— В Поспелке и без них весело вроде, — опять Яромир съехидничал.

— Если из Коромыслей — в терем, то у нас через три дни объявятся, — поняла старшего брата Истома. — Может, тогда местные дураки пойдут на медведя плясового глазеть, да от нас отвяжутся.

— Не думала, что буду скоморохов ждать как спасителей, — зевнула Услада.

— Тут эти три дни еще продержаться надобно, — напомнил Всеволод, отирая кусок собачьего дерьма с плеча.

Всем очень хотелось спать, в такой обстановке невозможно было расслабиться третьи сутки.

Глава 12 Лазоревая ниточка, или Кот-перебежчик

Тишка — толстый серый кот, которого за свистульки на ярмарке выменяли, больше всех любил в семье Забаву. Уж она-то его наглаживала и утром, и вечером, а тот мышу поймает — ей несет.

Неждана Тишку тоже любила, но мачеху еще из-за кота гневить не решалась. Она для деда ложку творога допроситься не могла, что уж там кот. Хорошо, у него Забавка есть. Та старалась потихоньку коту лакомый кусочек подбросить или сметанки плеснуть.

Мышей кот ловил, службу свою в дому исправно нес. Но мышей каждый день жрать — это ж, тьфу, гадость какая! Да, и повывел он давно всех грызунов, изредка какая приблудная полевка в сенях проскочит.

Сорока кота кормить не велела, чтоб не разленился, к сметане и творогу не привыкал. Головы курячьи Забавка ему оставляла, но то — ладно — головы все равно на выброс шли. Чай, не последний кусок доедали, чтобы самим из голов похлебку варить.