Неждана

— А ну, как все девки начнут голодать и морозиться — что тогда будет с княжеством? — строго испросил Прозор.

Наконец, до него дошла вся сила такой угрозы.

— Вот и я о том толкую! — взревел Колобуд. — Дружину, чернавок, пахарей, торговцев да новых девок кто-то ж должОн рожать! Придумали себе любовей — всей деревней по одному мужику сохнут, песни ему свистят — кажная к себе его приворожить старается. А остальным парням к кому свататься? А рожать дружину кто будет?

— А что девка-то? Которая в сарафане на морозе? Померла? — нахмурился Прозор.

Не любил он, когда с одного на другое перескакивают, даже если сам первый начал.

— А девка мужа родной тетки приворожила — во как! — Колобуд развел в сторону ладони и возмущенно хлопнул себя по ляжкам.

— Выпороть обоих! — взревел Прозор.

— Да, их уже тетка поленом отходила, девке нос на бок свернула, — доложил Колобуд.

— Нос на бок — зря, — заметил Прозор. -Теперь замуж не возьмут, а могла бы дружинника народить. Ну, иль хоть конюха...

Вспомнили про лопоухого с конюшни, которого за бочонком меда посылали.

Ванька давно уже в сенях ждал, слуги его дальше не пущали. Разговор у Прозора по-всему серьезный шел, за закрытыми дверями.

— Как кличут? — спросил Прозор.

— Иваном! — бодро доложил парень.

— Не слыхал пока, чтоб детей на Руси этак нарекали, — заметил Колобуд.

— Стареем, брат, — опять заржал хозяин дома. — Новые времена идут, несут новые прозвища.

— Слышь, ... — Колобуд уже забыл непривычное чудное имя.

— Ванька! — подсказал молодой конюх.

— Да, слышь, Ванька, знаешь ли ты что про свистульки приворотные? — строго вопросил Прозор

— Те, что ведьма с Поспелки лепит, а мужик с пареньком на ярмарке продают, — уточнил Колобуд.

— Хорошие свистульки, — разулыбался Ваня, — поют напевно, трелями рассыпаются.

Он не успел даже сказать, что Нежданка не ведьма никакая, и свистульки приворотов не творят. Посчитал, что важнее похвалить сначала, а потом уж потихоньку гнуть свое. Спорить с главным виночерпием и его братом, который столькими службами в терему заправляет, было неразумно.

— Тя не про музЫку спрашивают! — взревел Колобуд. — Про привороты что слышал?

— Про привороты — ни разу не слыхал! — уверенно доложил Ванька. — Те свистульки девчонка лепит годков двенадцати, при мачехе живет, горемычная, та из нее веревки вьет.

— Не девчонка то вовсе! — зашептал Колобуд Прозору.