Нисхождение короля

Покинув ложе, он спустился по ступенькам и взошёл на площадку, занимая боковую пристройку со специальным магическим громкоговорителем. С его выходом, шёпот на трибунах стих, и присутствующие сосредоточились на канцлере.

Трижды ударив специальным молоточком по медной подставке и дождавшись абсолютной тишины, канцлер заговорил уверенным и в меру жёстким голосом:

– Внимание, достопочтенная публика. Сегодня вы были собраны для оглашения заключительного приговора виновным в заговоре против короны. Сегодня же вы станете свидетелями его исполнения.

Да свершится правосудие! – невероятно сухо и лаконично объявил Богарт, цепким взглядом окинув смурную публику. Никто не сомневался в решении суда, всех больше волновало, как именно пройдёт казнь.

Традиционно в королевстве судебными делами заведовал Королевский Суд. Многовидовая организация, в чьё ведение попадало всякое нарушение закона на территории королевства. У них не было единого главы, а имелся коллегиальный совет с избранным посредством голосования Верховным судьёй.

В ведомство не попадал весьма ограниченный ряд преступлений и преступников: внешнеполитические нарушения закона, заговоры против Каргатского королевства, преступления и развод аристократов.

Поэтому остатками заговорщиков занимался лично Никлос, получивший доказательства от канцлера и его команды. Всё лето шли обыски и допросы, с середины июля начались казни и тюремные заключения – в первую очередь решали вопрос с простолюдинами и теми, кто лишь косвенно попал в жернова заговора.

Сегодняшний день должен был поставить жирную точку в произошедшем и Никлос придумал, как сделать это максимально наглядным способом.

Стоило только Богарту умолкнуть, как из бокового кармана на сцену вывели первого человека, закованного в прочные цепи. Измождённый мужчина слепо щурился, когда его вывели из закрытой от солнца зоны прямо на глаза почтеннейшей публики. Среди присутствующих раздался негромкий возбуждённый шёпот. Дракон принадлежал к семейству Коричневого дома, занимал не самый видный пост и место в родовой иерархии, поэтому пережил Ночь трезубцев и костей.

Хотя нельзя сказать, что ему повезло. Оборванные тряпки от некогда роскошного костюма мешком висели на исхудалом теле. В тюрьме Лакраш не считали должным хорошо кормить предателей, так что лето преступник провёл не на курорте.

– Кэрр Свар Весмер, в ходе проведённого расследования было установлено… – развернув папочку, монотонно заговорил Богарт, ведя по бумаге указательным пальцем.

Солнце припекало.