Прорицатель. Дочь рода

Тогда я предполагала, что отец попытается меня убить.

И я не ошиблась… что же происходит сейчас?

Неужели отклик родового камня на мою силу подтолкнул отца к решительным действиям? Сообщил ли он уже своему покровителю о перемене моего статуса или решил подождать до ритуала принятия в род? Варх! Как же сложно играть в эту игру, когда не знаешь всех фигур!

– Яра! Ты хотела помощи, так не отвергай её, – окрик Ахашши чуть не расколол голову на части. Мне показалось, что на меня упало что-то сверху. – Слушай меня. Внимай же! Это поможет.

Чем ближе человек к любой из Великих Сил, тем больше он отдаляется от своей человечности. Адепты Материи, поглощены жаждой физической мощи, их тела становятся крепче, быстрее, гибче. Адепты Эфира очарованы магией, они развивают не тело, а волю.

Адепты Хаоса танцуют на лезвии меча. В их власти развеивать чары, разрушать материю и пространство, но цена этой силы высока – грань между добром и злом размывается. Адепты Порядка же стремятся к абсолютной гармонии. Они останавливаются в своём развитии, становятся неизменными.

Ярина, они твои враги. Порядок и Хаос прямые противоположности. И хоть они – две стороны одной медали, но между ними лежит пропасть, именуемая равновесием.

– Ахашши, теперь я действительно запуталась…

– Порядок, Яра! Маги разума, менталисты… адепты Порядка, как и Хаоса, могут влиять на Материю с помощью Эфира, но цели у них разные.

– Я могу развить Эфир, развить магию до предела в этом теле. Могу дать волю Хаосу внутри себя. Даже Материю я могу усилить упорными тренировками, но… против менталистов я бессильна.

– Я могу научить. Могу показать, как защитить разум.

– Не успеем, Ахашши. Через неделю каникулы закончатся, я буду ездить в школу, а там будут они. На чемпионат пригонят солдат из военного корпуса, проверяющих из службы безопасности, менталистов. Столько людей, способных распознать Хаос, что уже ничто не поможет…

Вот она – истинная причина моей злости. Я выдохнула успокаиваясь.

И единственный, кто сможет вытащить меня из имперского колеса правосудия – Максимилиан Дюсолье, он же Максим Демидов. И это означало, что мне придётся открыться ему, вверить себя в его безумные руки.

Гений и безумство – две стороны одной медали. И этот вархов гений будет резать меня на кусочки, чтобы добраться до сути.