Прорицатель. Дочь рода

С призванной тварью, которой здесь быть не должно и которая никогда не станет слушать меня. С тварью, которая уже приготовилась к прыжку.

Глава 2

Больше всего я не любила темноту. Не боялась, но… не любила.

Свет всегда был моей путеводной нитью. Свет жизни внутреннего источника, свет моей души. Свет Великих Сил, когда магия проходит через тело. Свет нашего солнца.

Свет. Он был всем для меня. Он был самой жизнью.

Когда в мой мир пришла тьма, свет души погас. Тот самый свет, который должен был бороться с тьмой.

Скверна, несущая смерть и тлен, поглотила мой мир. Запятнала его своей мерзостью и наполнила тварями. Неживыми. Немёртвыми. Теми, на кого не действовали наши чары. Слуги Незримого призывали увров – таких же неживых тварей – совсем как менталисты в этом мире.

С тех пор темнота всегда была крепко связана в моей памяти с запахом тлена и вкусом пепла на губах. Я почти ощущала дыхание скверны.

Неужели Николай наткнулся на спонтанный разлом, из которого вырвалась эта тварь.

Взгляд монстра проникал под кожу. Словно тысячи игл вонзились в меня и только ждут момента, чтобы вспороть податливую плоть.

Тварь не двигалась, не нападала. Просто смотрела. И от этого было ещё страшнее. Они не нападают только в одном случае – когда выполняют приказ. Менталист, призвавший увров, где-то рядом.

Я бросилась вперёд, используя зов жизни и положившись на интуицию. Тоннель был длинным, он извивался кривыми линиями и уже не манил сигнальными огнями.

Теперь я была точно уверена, что это ловушка. Но не для меня. Для всех Войтовых.

Ни для кого не было секретом, что в каждом роду есть шпионы. Есть предатели и те, кто сомневается. Но загнать нас как дичь в потенциальное место спонтанного разлома – это уже слишком.

Я бежала так быстро как могла.

Через несколько десятков метров я почувствовала впереди жизнь. Ускорившись, снова отправила зов. Он не требовал магии, на него не действовали глушилки. Ведь это не родовой дар, а умение, оставшееся со мной после перерождения.

Отклик сообщил о четверых выживших, двое из которых – одной крови со мной. Отец и брат. О других я не думала, не до этого было.