Любимая адептка его величества. Книга 2

Мы выскользнули из калитки под сонными взорами стражников и тут же нырнули в ближайший переулок. Следуя за Психом, попетляли как следует, а потом старшекурсник открыл портал.

Мощёная камнем улица сменилась другой – тоже мощёной, но более извилистой и узкой. Дома тоже были другими – с соломенными крышами вместо черепичных, и компактнее раза в два.

Я завертела головой, Джим тоже принялся оглядываться, а Псих сверился с какой-то бумагой и пихнул её во внутренний карман куртки. Храфс был одет как этакий профессиональный походник, в куртку, защитного цвета штаны и высокие ботинки на шнуровке.

Мы же с МикВоем напоминали двух лохов. Джим, конечно, старался приодеться, но всё равно выглядел по столичному, особенно впечатляли начищенные до блеска модные сапоги. Я же и вовсе нарядилась в костюм для верховой езды – другого брючного комплекта, увы, не было.

Псих окинул нас насмешливо-скептичным взглядом, но от комментариев воздержался. Вместо этого указал на самый богатый из ближайших домов и заявил:

– Это дом местного купца, здесь можно перекусить.

И мы пошли. Невзирая на ранний час, хозяева уже не спали, а к нам отнеслись со сдержанным удивлением.

Переговоры вёл Храфс. В результате нас почти сразу усадили за стол, а потом купец поинтересовался:

– Молодые люди, а с какой целью вы явились в Перекрестье?

– Травы собирать будем, – заявил наш главный, не моргнув глазом.

Купец тут же воспрял:

– Зачем собирать? У нас и так есть!

После этого началась жёсткая, зубодробительная реклама.

Все травы, цветы и корешки, какие только можно встретить в этой местности. Всё не только собрано правильным образом и в правильное время, но ещё высушено в соответствии с высокими стандартами травников. За разумную цену нам готовы предложить такое, о чём мы не могли и мечтать.

Мы слушали. Я изображала восторженную, уже клюнувшую на рекламу покупательницу.

Но Храфс разбил фантазии суровым:

– К сожалению, их, – кивок на нас с МикВоем, – профессору сушёное не подойдёт.

Купец понял не всё, но суть уловил мгновенно. Взгляд немолодого мужчины стал прохладнее, но реклама пошла на второй круг.

Храфс отбрыкивался минут десять, потом от нас отстали.