Истинная для Ледяного Дракона

Неожиданно понимаю, что за все проведённые в Айсгарде дни я даже ни разу не выглянула в окно. Не знаю даже примерно, как выглядит мир, в который меня занесло. Но события вертелись вокруг меня с такой скоростью. И если я когда-то оставалась одна, то в это время за окном уже было темно. Так что и подходить смысла не было. А перемещались мы из замка в Академию через портал.

Очень хочется подойти и встать рядом с Айварсом, чтобы хоть глазком увидеть, что там за покрытым изморозью окном. Но не решаюсь.

– Адриана, – он говорит так спокойно, словно не рычал на меня час назад и не слышал моего злого шипения в ответ.

– Иди сюда. Посмотри. Ты ведь ещё не видела свой родной мир?

– Почему ты уверен, что он мой родной? – я подхожу и становлюсь рядом ним.

– Твой дракон сказал.

– Ты можешь слышать моего дракона? – чувствую раздражение от того, что кто-то подслушивает мои мысли.

– Нет. Но мой видит её, и он в таких вещах не ошибается.

«Всё чудесатее и чудесатее».*

Айварс поворачивается ко мне и, обхватив рукой за талию, притягивает к себе.

Второй рукой берёт меня за подбородок и разворачивает мою голову к окну.

– Смотри.

Его движения настолько плавные и естественные, что я не успеваю ни воспротивиться такому бесцеремонному обращению, ни привычно возмутиться. А ещё я не сразу понимаю, куда смотреть и что я должна увидеть, потому что, снова вдохнув его запах и почувствовав его руки, я подсознательно приготовилась к тому, что он меня поцелует. Испанский стыд. Князь играет со мной как кошка с мышкой, а я таю от малейшего прикосновения.

– Адриана, – теперь он стоит за моей спиной, обхватив меня обеими руками. – Смотри. Это твоя земля, твой Айсгард.

И я замираю, поражённая красотой горных вершин, сверкающих за окном.

– Когда ты привыкнешь ко мне, мы сможем вместе летать над горами.

Ничего не могу с собой поделать, да и не хочу, мне так уютно в его объятиях. И Айварс знает об этом. Сейчас он покоряет меня нежностью. Зарывается лицом в мои волосы, касается дыханием верхушки уха.

Завораживает, соблазняет, окутывает своим ароматом. Мне хочется только одного: повернуться и самой прижаться к его губам. Но есть один вопрос, и он звенит тревожным колокольчиком в тот момент, когда мой разум почти отключился:

– Скажи, а если бы я оставалась просто человеком или человечкой, как ты меня называл, ты бы говорил мне то же самое?

– Ты моя истинная, – просто отвечает он. – Да, если бы ты была человеком, как истинная Кристера, ты бы летала на моей спине.