Истинная для Ледяного Дракона

В зеркальном отражении вижу двух девушек и женщину постарше.

– Разрешите, госпожа?

Поворачиваюсь молча, взгляд падает на поднос в руках одной из вошедших.

Еда. Только сейчас понимаю, насколько проголодалась. Шикарный новогодний стол корпорации «SEVEN», кажется, был целую вечность назад. Сейчас я и от чёрствой корочки хлеба не отказалась бы.

– Кто вы? – спрашиваю, и голос прерывается от усталости и голода.

Женщина постарше приседает в реверансе:

– Меня зовут Ларита, я буду вашей личной служанкой. А Энни и Арна помогут вам с омовением и всем, что необходимо леди.

Я хмыкаю, отлично понимая, какая участь предназначена так называемой «леди».

Но на столик у камина уже опускается поднос. И то ли Энни, то ли Арна убирает с него белую салфетку. Передо мной исходящий паром и ароматным запахом кувшин, большое блюдо с гренками, ломти чего-то белого, напоминающего по цвету адыгейский сыр, и огромный фрукт, похожий на манго.

– Но сначала поешьте, госпожа, – Ларита делает приглашающий жест.

И я понимаю, что Кавказской пленницы, объявившей голодовку**, из меня не выйдет.

Всё к чёрту. Белые ломти действительно оказываются сыром, а фрукт – самым настоящим манго. Но спросить я не решаюсь, откуда он здесь. Ларита сама поясняет с гордостью:

– Большая редкость. У нас такое не растёт. Но купцы из Междумирья привозят.

С кусочком сыра и восхитительно вкусного поджаренного хлеба во рту я уже могу немного думать.

Что же это получается? Манго, наверняка, из моего мира.

Она вроде даже постучала, но непонятно зачем, потому что ответить «Войдите» никто не успел.

Женщина низко присела, сохраняя каменное выражение на лице, а потом обратилась к Ларите:

– У вас два часа на всё до прихода Его Сиятельства.

–––––––––––––––––––

* merde (фр.) – дерьмо.

** сцена из х/ф «Кавказская пленница» (думаю, вы все хорошо помните эту чудесную комедию).

Глава 14. Средневековый спа-салон

Адриана

Мыться или не мыться – прямо вопрос уровня Шекспира. Ведь ясно же, что имела в виду прибежавшая служанка. Подготовить меня к приходу князя. И даже мыслей ни у кого не возникает, что я могу быть против. Если уж невесту князя, которая намекала на любовь жениха к развлечениям, не смущает то, что Айварс увёл меня к себе, что говорить о слугах?

Ларита начинает суетиться.