Истинная для Ледяного Дракона

– Она, действительно, не понимает. И может наделать глупостей, если её не запереть.

И вот в этот момент ко мне приходит чёткое и ясное осознание, что всё это по-настоящему. Почему именно сейчас? Да потому, что они не играют. У меня с детства особая чувствительность ко лжи. Эти двое верят в то, что говорят. А на сумасшедший дом всё это не похоже.

– Отдай её мне в Академию, – неожиданно предлагает брюнет. – Проведу исследования, возможно, получится извлечь твой браслет.

Что? Что значит извлечь браслет? В голове проскальзывает картинка из старой комедии: «Напоить, усыпить, оглушить… ну, в общем, с бесчувственного тела, наконец, с трупа»*.

Я вздрагиваю, но даже ойкнуть не успеваю. Айварс меня опережает:

– Ты смеёшься, Вальгард? С моей печатью на ауре и с моим брачным браслетом? У вас в Академии нет нормальной охраны. Ты только представь, если она попадёт к нашим врагам. Ну, нет, ни шагу из дворца. Будешь изучать её здесь и под моим присмотром.

Приехали. Я теперь подопытный кролик. Они говорят обо мне, как о вещи, и моё присутствие им по барабану.

– Так, господа, – не выдерживаю я. – Может быть, вы всё-таки моим мнением поинтересуетесь? А для начала объясните мне, что происходит.

Его Сиятельство закатывает глаза:

– Для тебя, человечка, теперь существует только одно правило: повиноваться мне.

– Охренеть, – вырывается у меня, и, похоже, вся осторожность меня покидает. – Кому и в чём я должна повиноваться? Человеку, который даже разговаривать вежливо не умеет? Вам было бы приятно, если бы я вас назвала «человечек»?

На мгновение воцаряется тишина.

– Ёшкин кот, – шёпотом говорю я, оседая на пол, потому что ноги мои как-то сразу стали ватными.

– Айварс, – предостерегающе говорит Вальгард. – Она иномирянка.

_______________________

* Цитата из кинокомедии «Бриллиантовая рука».

Глава 6. Подальше от рептилий

Адриана

Сказать, что я потрясена – это ничего не сказать. Мысль о другом мире уже минут пять как крутится в голове, но только сейчас она окатывает меня ледяным душем. Дошло, как до жирафа. Даже грозный вид блондина не так пугает, как возможность застрять неизвестно где.

– Мне надо домой, отпустите меня, пожалуйста, – мой голос прерывается от волнения, и обращаюсь я не к Его раздраконенной Светлости, а к брюнету.