Истинная для Ледяного Дракона

Их руки привязаны к подлокотникам, тела охвачены широкими лентами и удерживаются плотно прижатыми к стеле. Женщин трое. Спят? Без сознания? Умерли? Вглядываюсь в лица. Одно из них кажется мне смутно знакомым. Стою перед этой женщиной чуть дольше.

И едва удерживаюсь от крика, когда она неожиданно открывает глаза: тёмные глубокие и невидящие. Из-за мертвенного освещения непонятно, какого они цвета, но я догадываюсь. Они пронзительно-синие, как у её сына.

– Узнала, – констатирует Альва. – Садись, твоё место свободно.

Она указывает мне на соседнее кресло. Оно единственное никем не занято.

Не успеваю подумать о попытке сопротивления, как ошейник мягко напоминает о себе. Словно во сне поднимаюсь по ступенькам. Вот, что меня ожидает. Это страшнее, чем умереть. Может, стоит рвануться или кинуться на Альву? Смерть от удушья теперь кажется мне предпочтительнее.

– Ну попробуй, – говорит чудовище с лицом красивой женщины. – Если ты сейчас подумала о том, чтобы напасть на меня, то зря. Просто потеряешь сознание, и мы даже проститься не успеем.

– Не думаю, что общение с тобой скрасит мои последние минуты, – со злостью говорю я, поворачиваясь и готовясь к последнему прыжку.

Ошейник сдавливает горло с такой силой, что в глазах темнеет. Но я всё-таки делаю шаг или, скорее, попытку шага и, получив болезненный толчок в грудь когтистой лапой, падаю в кресло.

Альва снова начала свой оборот, и наши силы неравны. Миг, и мои руки оплетены жгутами и плотно прикручены к подлокотникам. Широкая лента обхватывает мою талию, притягивая к стеле.

– Вот и всё, – Альва наклоняет голову, любуясь своей работой. – Предупреждаю все следующие вопросы. Страдать ты не будешь. Примерно в течение часа магия, которая содержится в стеле, проникнет в твоё тело. И ты уснёшь. Тебе не понадобится ни еда, ни питьё.

– А зачем это всё? Просто чтобы ощутить власть над людьми?

– Ну какие вы люди? Вы – драконы. Высокомерные, подлые, хитрые, такие же, как и я. Во всяком случае, обычные люди меня бы одобрили. Здесь вам самое место.

– Последнее желание: не могла бы ты снять ошейник? Мне ведь вроде уже не вырваться.

Альва кивает и наклоняется ко мне. Испытываю облегчение, расставаясь с удавкой. Нежелание получить её обратно удерживает меня от плевка в холёное лицо. Вместо этого говорю:

– Твоя драконица всё-таки красивее, чем ты.

Глаза Альвы вспыхивают синим светом, зрачок становится вертикальным.