Солнцеворот желаний

Опальный дракон замыслил опасное дельце и всё ещё не знал, как к нему подступиться, поэтому в очередной раз направился за помощью к самому старому эльфу на земле – Феликсу, который в великой милости своей дозволял ему нарушать свой покой.

Сейчас Феликс испытывал на прочность гигантские цветы лотоса, величаво расхаживая по их поверхности, невесомо ступая по раскрытым розоватым лепесткам над водой. Это было одно из малых озёр, находящийся в стороне от основных цветочных маршрутов эльфов, поэтому здесь, кроме Феликса и Артана, никого не было.

Заметив дракона, эльф оттолкнулся от поверхности цветка и, сделав кульбит в воздухе, приземлился на землю, даже ни разу не вздохнув, оставаясь совершенно невозмутимым. За его спиной лотос сомкнул лепестки и медленно погрузился под воду.

Кожа Феликса полупрозрачна до серости, как и бесцветная кровь, струящаяся по тонким, едва заметным, венам. В нём не видны прошедшие эпохи: кожа сохранила упругость молодости, не заплатив за мудрость ни единой морщинкой. Надбровные дуги так высоки, что он кажется вечно удивлённой рыбой, а слишком тонкие губы, почти сливающиеся по цвету с кожей, довершали рыбный образ.

Только глаза сияли как радуга в отблеске бриллианта, да так ярко, что даже в тихом полумраке казались звёздами, чем отталкивали любой пристальный взгляд. В них нельзя ничего прочесть, как и по голосу понять эмоции эльфа.

Такими становятся эльфийские старики. Как мраморная глыба с длинными, заплетёнными в косу прозрачными волосами. Их движения плавные, но медлительные, а разум танцует в высших сферах, лишь иногда снисходя до молодости.

Будучи драконом, а не эльфом, Артан в действительности не осознавал, какой великой чести был удостоен. Ему и в голову не приходило, что другие эльфы боятся той открытости, что даровал их предводитель чужаку. Их пугало каким живым становился Феликс рядом с Артаном, а до этого с Селестой.

Предводитель эльфов оглядел молодого мужчину невыразительным взглядом и провёл рукой вдоль лица, не касаясь его, будто пытаясь смахнуть усталость с век и щёк мужчины.

– Ты совсем не спишь и не отдыхаешь, – голос Феликса полнился отеческой заботы, но в то же время был отстранённым, как голос наблюдателя, только констатирующего очевидный факт. – Если не будешь высыпаться, потеряешь трезвость рассудка.

– Селесте нужна вся моя помощь, – упрямо ответил Артан, раздражаясь от неуместного замечания. – Чем раньше я вытащу её из лап этого монстра, тем скорее усну.

– Предсказание исполнено наполовину.