Солнцеворот желаний

Но это быстро прошло и драконица вновь скатывается в отшельничество. Я уже собиралась лично сопроводить её в монастырь, чтобы с ней побеседовала настоятельница Собора святой Клэрии.

– Так же будет примерка вечернего платья. Маркл недоволен вашими предпочтениями, однако получил внушение и не будет больше вставлять препоны. Он переделал наряд с учётом ваших пожеланий.

– Отлично. А то я уже переживала, не придётся ли сменить стилиста, настолько вольно Маркл обращается с моим гардеробом в моё отсутствие, – я широко улыбнулась, отставляя пустые тарелки и пододвигая к себе чашку кофе.

За приоткрывшимися перед официантами дверями раздавались голоса и шла оживлённая беседа, ушедшая дальше по коридору в личные покои короля. Я нервно сглотнула, будто испугавшись, что Никлос может прочесть мысли и догадаться, что сегодня затевается.

Неправильно истолковав мой взгляд, Август пояснил:

– Кэрр Се́дов планирует отправиться в новую экспедицию сразу как кончится зима. Они с Его Величеством обсуждают возможные варианты.

С тех пор, как переехала в женские королевские покои, соединённые с мужскими лишь сквозной дверью, я постоянно была в курсе дел Никлоса.

Также как и он моих. Мы, хоть и старались лишний раз не контактировать, как две планеты кружили друг вокруг друга, постоянно сталкиваясь. И я не знаю, насколько эти столкновения случайны.

– Больница?

– Да, Ваше Высочество, сразу после примерки вас будет ожидать карета в город. Правда посещение накладывается на обед, но я уже распорядился, чтобы его отвезли прямо туда.

Думаю, пяти часов хватит, чтобы успеть к началу бала?

Я согласно кивнула, расправляясь с остатками завтрака. А Август перечислил приблизительный список дел на завтра и ближайшую неделю. Сплошная благотворительность и немного личного времени, которое я тратила на настоящие дела.

Теперь, когда Винелия Барбская сидит в тюрьме в ожидании суда, её место занял некий Коргус Барбарский, толстый и чересчур шумный бирюзовый дракон, слишком превозносящий свой талант и презирающий женский взгляд на искусство.

Он отказался от всех придумок Винелии, полностью переделав под свой вкус программу королевских развлечений. Было тяжело его осаживать, но кто если не я? Король самоустранился от дворцовых вопросов, легко скинув их на меня, а сам теперь днями и ночами заседает в Совете и проводит время в библиотеках и рядом со своим новым другом.

Война с подводниками, грозившая вылиться в кровопролитные сражения и бойню не на жизнь, а на смерть, обернулась гонкой терпения.