Солнцеворот желаний

Обернувшись, заметила, что поблизости никого нет, и только в отдалении ещё были видны стремительно удирающие из дворца остатки придворных. Потерев руки, призвала из снега призрачные фигуры. Они отряхнули серебристые платья, насыщая их цветом, и сами потеплели до телесных оттенков, тем самым превратившись в мою точную копию.

В каждую из них я отправила по щедрой капле ариуса, тем самым сбивая компас Никлоса, чтобы он не смог сразу меня отыскать. Этот фокус повторила из похищения русалками, так что Акселя ожидала увлекательная игра – поймай настоящую Селесту, которую он с треском провалил.

Бросившись за самой напуганной моей версией. Сама же направилась в зимний сад, оттуда планируя спуститься на берег в заранее оговоренное место, где меня ожидали русалки.

Спускаясь по туннелю вниз, я чувствовала, как сотрясается земля, как дрожит, насыщенные магией воздух, грозясь развиться в магический ураган, сметающий любую волшбу. Мне стоило поторопиться, ведь я не знала, как такое искажение повлияет на ариус.

Выбравшись на берег, увидав невозмутимый аватар Агондария с призрачным ликом Сэлавелии, я набросилась на него, легко оттолкнув устремившихся наперерез русалок.

– Как вы посмели напасть?! Мы об этом не договаривались! Вы не имели права так поступать! – мой вопль усиливался ариусом, однако бросок на аватара обернулся фиаско – я прошла насквозь фигуры, падая на мокрые камни.

От неожиданности меня вновь замутило, поэтому ответные слова слушала молча, пока одна из русалок помогала вернуться на твёрдую почву.

– Не зная твоего плана, Селеста, мы предположили, что король слишком хорошо тебя знает, а значит может его предусмотреть и предотвратить. Так что придумали свой, – заговорил Агондарий, и я услышала, с каким надрывом звучит его голос. – Наша акция ещё раз напомнит ему и его союзникам, как опасно злить океан и возводить на нас хулу. Впредь они будут осторожны в своих политических игрищах. А пока вернёмся к нашему уговору.

Как и обещал, я привёл твоего брата. Исполни же свою часть.

Разогнувшись, я увидела Кристана. Во тьме он казался бледной фигурой, наполовину погружённой в воду, но даже при таком свете, мне удалось понять, что с ним что-то не так. Поддавшись вперёд, я замерла на границе между сушей и морем, стоя на склизком камне.

Заболело сердце, сводя судорогой грудь, и я сжалась, с болью глядя на брата при тусклом свете бледного ариуса.

– Как странно.