Солнцеворот желаний

– Уходи, кэрра Винелия Барбская. Нечего тебе делать рядом с ненавистным калекой. Я заслужил это наказание и совсем не заслужил тебя. Уходи, пока я в силах тебя отпустить.

Винелия было дотронулась до его плеча, но он смахнул её руку и девушка вскочила, опрометью бросившись к дверям. Я только и успела, что встать за одной из них, чтобы она меня не заметила. Кэрра встала в проёме, с горьким сожалением говоря напоследок:

– Ты просто дурак, раз считаешь, что здесь я из-за вины или жалости. Но видимо иного ты от меня и не ждёшь…

Она щёлкнула каблучками и, сильно наступая на пятки, чтобы он отчётливее слышал её шаги, ушла, склонив голову и поникнув как вялый цветочек из-за скрывшегося за облаками солнца.

А он остался сидеть на месте и только продолжал без силы беспорядочно бить по подушкам. Устав, Акрош потянулся к прикроватному столику, пытаясь нащупать бутылку. От его неуклюжего движения, она упала на постель, разливая терпкое как кровь вино и мужчина выругался, а потом он просто закричал от бессилия и запустил ею в стену и, судя по следам, – это была не первая бутылка, отправленная в полёт.

Я несмело постучала в дверной проём и Акрош тотчас замер, задаваясь вопросом: «Кто здесь?» И что-то добавляя про шарлатанов, которым здесь нечего искать. Тогда я, заходя внутрь и оглядывая сонм пустых бутылок, от которых в воздухе стояло такое амбре, что даже приоткрытые окна и расставленные на подоконниках цветы, не спасали, вызывая во мне очередной приступ тошноты.

Против воли руки потянулись к животу, и я обхватила его, будто пытаясь удержаться. Неужели простая сливовица может вызвать такое отвращение? Во рту вновь встал приторно-горький привкус, который в этой комнате совсем нечем было убрать, и я сглотнула, запрокидывая голову, а потом, игнорируя новые вопросы Акроша, метнулась к окнам, раскрывая их на всю ширь и вдыхая зимний воздух, после которого смогла, наконец, представиться.

– Добрый день, кэрр Акрош Адегельский.

– Забавно, но таких девиц я не знаю. Однако мне знакома подопечная короля, которую также зовут кэрра Селеста Каргат, и которая вскорости станет Каргатской королевой. А из племянниц знаю лишь Калисту Адегельскую, ставшая женой моему племяннику Деяну Адегельскому.

– Ох, да иди ты… к морвиусу со своими претензиями! – разозлилась, тем самым выплёскивая гнев от неожиданно посетившей мысли.