Солнцеворот желаний

– Почему ты оказываешь ему?

Вопрос короля поставил девушку в тупик, и она удивлённо нахмурилась. В её голове не укладывалось, с чего вдруг она должна согласиться.

– Потому что я не люблю его, – просто ответила Винелия, пожимая плечами. – Потому что он помешал моему счастью со Светром. И потому что он Адегельский, а все серебряные драконы – враги моей семьи. Они годами гадили исподтишка и только защита Артана Гадельера помогла мне устроиться во дворце, несмотря на все их попытки помешать.

Последние слова тенью пронеслись по королевскому лицу, и он задумчиво почесал подбородок, наблюдая, как всё ближе и ближе подбирается Акрош, с тревогой глядящего на непроницаемый полог.

– Ты отвергаешь его только из-за инстинктивной ненависти, вложенной твоей матерью. И обидой, нанесённой другими драконами. Но ведь он никогда по-настоящему не делал тебе зла. А твой возлюбленный Светр попросту трус, раз его остановили обычные запугивания. Он мог найти выход, если бы действительно тебя любил. Любовь всегда найдёт выход, – с тяжестью в голосе проговорил король, искоса поглядывая на Селесту, что-то бурно обсуждающую с Фредериком.

Девушка выглядела уставшей. Словно визиты в собор высасывали из неё все соки. Король допрашивал Акселя, тот утверждал, что Селеста давно никого не исцеляет в больнице, полностью отказавшись от визитов туда. Так что сложно сказать, что именно утомляет белую драконицу. И это, вместе с некоторыми иными признаками, разбивало королевское сердце, будто из него вытянули все жилы.

– Я сказала своё слово, – упрямо ответила Винелия, задирая подбородок и как-то вся подобравшись. – Вы, мой повелитель, вам и решать, что делать с моими словами. Однако знайте – я не бессловесная Милан Свенская, и я не выйду замуж за Акроша по королевскому приказу.

В ответ король расхохотался и чуть наклонил голову:

– Браво, драгоценная Винелия! Вы покорили меня своей смелостью! Ладно, будь, по-вашему.

Винелия нервно сглотнула, но успокоилась. Тюрьма вырвала из неё стержень сопротивления и, зная, что это максимум, что можно получить от короля, она согласилась. В конце концов, Никлос был в своём праве, обвиняя её в преступлении.