Единственная для Хранителя Закона

Не знаю, за что и почему он так с нами поступает, но если его унижение будет зависеть от меня…

Я женщина, а значит, я змея – где довелось услышать эти строки, уже не вспомнить. Но последний год это моя молитва. Боги молчат, боги далеко, и рассчитывать приходится только на себя. Ведь бывший муж не стесняется обирать нас с дочерью. Он забирает последние медяки, чтобы бросить их нищим у храмовых ступеней. Он ведет себя так, будто ненавидит меня. Но что я могла сделать, чтобы заслужить такую ненависть? Год назад я еще пыталась что-то у него узнать.

По ступеням сбежала моя девочка. Защитная магия по-прежнему горела вокруг нее, вот только… Вот только от длинных волос моей малышки не осталось и следа.

– Деми? – хрипло позвала я. – Деми, как он сделал это?

Моя девочка бросилась мне на шею, и негодяй Доньярт наконец-то выпустил мою косу.

– Я с-сама-а, – проплакала моя малышка. – Он ска-азал, что тогда не тро-онет тебя.

Прижимая к себе дочь, я смотрела на бывшего мужа и понимала, что это край. Терпеть больше нельзя.

Мерзавец чувствует свою власть, и дальше будет только хуже.

– Ты плохая мать, – задумчиво произнес человек, чье имя нам с дочерью приходится носить. – Дон, ты видел бутылки из-под вина? Страшно представить, сколько она выпивает. Демельзу необходимо отправить под патронат сестер милосердия. Невыносима сама мысль о том, что может произойти с ребенком! Посмотри, она даже обстригла дочери волосы.

«Молчи, Эйлин, молчи, – приказала я себе. – Молчи и смотри в пол. У тебя есть козырь в рукаве.

Пусть это мерзко, пусть это гнусно, но ты еще можешь продать себя. И в глазах общества это будет не продажа, а новый брак. Новый брак – это прилично, респектабельная квэнни должна быть при муже. Никто не будет тыкать в Деми пальцами. Никто не посмеет отправить малышку в приют».

Они ушли. Они ушли, а я, отстранив от себя тихо плачущую дочь, серьезно произнесла:

– Милая, ты должна быть сильной. Я должна уйти сейчас, бросив тебя, не утешив и не успокоив.

– Чтобы попросить защиты у того человека? – спросила моя слишком рано повзрослевшая малышка.

– Да.

– Он ведь тебе противен, – нахмурилась Деми.

– Не настолько. – Яя криво улыбнулась. – Спустись в подвал и спрячься в той бочке, про которую я тебе говорила.

– Я соберу вещи, – вдруг сказала дочь. – Так надо.

– Хорошо, – не стала я спорить.

На мое счастье, Деми не была пророком в полном смысле этого слова. Она просто иногда четко знала, что нужно делать. Не для чего это нужно и не когда пригодится.