Забракованные

— Я, миледи? — Девушка польщенно зарумянилась.

Учитывая, что, помимо Дафны, в доме оставались лишь пожилая кухарка и конюх, вопрос был бессмысленным. Но, видимо, девушка сочла предложение Амелии выражением особого расположения и… доверия? Мэл знала Дафну меньше месяца — слишком мало, чтобы успеть к ней прикипеть и тем более начать доверять. Все было гораздо прозаичнее: приличия не позволяли леди отправиться в дальнюю дорогу без личной служанки. Правила, которыми она когда-то пренебрегла, оставив верную Клару на юге по настоянию Бриверивза.

Правила, о которых Дафна явно не догадывалась, а потому восприняла слова госпожи как комплимент.

— Поедешь? — повторила Амелия. — К сожалению, я не могу обсуждать с тобой будущее жалование, это полностью зависит от лорда Монтегрейна, но…

— Поеду, поеду, госпожа! — Дафна даже не дала ей договорить, радостно захлопав в ладоши.

Мэл посмотрела на нее укоризненно, и девушка, покраснев еще больше, опустила взгляд. Кто знает, какие правила приняты в доме Монтегрейнов? Амелия спокойно воспринимала подобные вольности от работников.

В доме ее отца слуги служили по много лет и считались чуть ли не членами семьи. Эйдан же, если бы его перебили подобным образом, мог выпороть виновного. Поэтому Мэл предпочла не рисковать и напомнить Дафне о приличиях.

— Тогда собери вещи, пока меня не будет, — распорядилась коротко. — Я не знаю, сколько у нас будет времени на сборы.

— Конечно, конечно, миледи, — затараторила Дафна. — А ваше… — запнувшись и снова покраснев, уточнила девушка.

— Вдовье платье сложить в чемодан?

Амелия перевела взгляд на зеркало. От золотого наряда, сияющего в лучах бьющего сквозь незашторенные окна солнца, слепило глаза.

Отвернулась.

— Возьми.

***

В Цинне имелось три крупных храма, не считая множества мелких для простого люда. Однако, несмотря на вероятность совпадения — один к трем, приехавший за Амелией экипаж привез ее именно в тот, где почти пятнадцать лет назад она венчалась с Эйданом.

— Госпожа, прошу вас.

— Слуга в сером сюртуке галантно подал ей руку в белоснежной перчатке. На кого тот работал и кто оплатил его услуги, Мэл не уточняла — за ней просто приехали в назначенный срок и повезли в назначенное место.

Не медля и не колеблясь, она подала ладонь, тоже в перчатке, только в высокой и кружевной, и осторожно выбралась из экипажа, придержав длинный шлейф платья. Этим шлейфом, неудобной данью традиции, Дафна восхитилась сегодня особенно.