Забракованные

Пожалуй, во всех, кроме собственного отца. Возможно, и Рэймер так же — по поводу своего. Но в этот момент он ни капли не верил в скорбь Ренара Монтегрейна касательно смерти молодой невестки.

Чертовски хотелось швырнуть отцу в лицо его милость на возвращение. Остаться и отслужить предписанные два года всем назло. Осталось какие-то полгода — выживет, зато не будет никому должен.

Но Анабель такого не заслуживала. Он должен был ее проводить.

— Порталом можно будет воспользоваться часа через два, — сказал Рэймер, снова набрасывая на плечи тулуп.

— Я буду ждать тебя здесь, — откликнулся Конрад.

Монтегрейн бросил на него взгляд. Был бы тот здоров, с удовольствием разбил бы ему его королевское лицо за то, что пошел у Анабель на поводу и ничего не сказал в прошлый свой приезд. Заслужил.

Бросил взгляд… и молча вышел.

Настоящее время

Монтегрейн-Парк

В воздухе висела противная мелкая морось, оседала на лице и ресницах, так, что не спасал наброшенный на голову капюшон. Собаки попрятались, только одна Шеба вышла к хозяину во двор, ткнулась мокрым носом ему в ладонь, несколько раз вильнула коротким хвостом и потрусила обратно к конюшне.

Рэймер заметил, что Ронни тайком улыбнулся. Верно, кому, как не им с братом, пришлось бы потом отмывать это лохматое чудовище, если бы оно решило отправиться на прогулку.

Сам он против одиночества ничего не имел.

Но без компании ему остаться не удалось.

Когда Олли уже заканчивал с седлом, двери дома хлопнули и донеслись быстрые шаги.

— Чего это тебе не спится в такую рань?

Дрейден никогда не был любителем ранней побудки и без особой необходимости, как правило, до завтрака не поднимался. И то, как самодовольно утверждала матушка Соули, его будило не чувство ответственности, а запах ее пирогов.

Друг, облаченный также в плащ и сапоги для верховой езды, скорчил в ответ гримасу.

— Ронни, приготовь мне Жули, будь так любезен.

— Будет сделано! — с готовностью и с улыбкой одновременно откликнулся младший из братьев и бегом унесся на задний двор.

Вот уж кто всегда были бодры и веселы с утра, так это Олли и Ронни. Должно быть, переняли привычку от матери — матушка Соули всегда вставала за несколько часов до рассвета, чтобы продумать меню на день и успеть приготовить завтрак.

Проводив парня взглядом, Рэймер снова повернулся к другу.