Защитник общины, или Варенье для Ярмила

Они с Рычеком вдоволь налюбовались ирисами, попрощались с красным и черным боярышником, росшим на сухих местах, и пошли к дому — весьма вовремя, потому что на горизонте уже показался грузовичок транспортной службы.

Кармель проследила, чтобы грузчики аккуратно сложили вещи в фургон, передала ключи новой хозяйке, уже заваривавшей чай на кухне, тепло попрощалась и повела Рычека к своей маленькой машинке, надеясь, что она не сломается и не заглохнет. Нужно было приехать в Логач первой, чтобы грузчики не выбросили коробки и мебель во дворе — как тогда затаскивать все это в дом? Просить-то некого.

К счастью, тревоги не оправдались. На выезде из Болотницы навалилась тоска — Кармель неожиданно остро ощутила, что она продала дом, в котором провела детство и юность, и больше туда не вернется — но движение на трассе заставило сосредоточиться, дорога вымела из головы грустные мысли, и она, под восторженный писк Рычека, сначала догнала, а потом и обогнала фургончик транспортной службы.

В Логач они приехали во второй половине дня, ближе к вечеру. Кармель остановилась возле пекарни, купила пампушки с травами, кексы с изюмом и горячие бутерброды с сосисками, вернулась в автомобиль и спросила у Рычека, рассматривавшего карету и лошадей:

— Не надумал покататься? Не сейчас, сейчас надо проследить за выгрузкой вещей. А если завтра?

Сын замотал головой: «Нет». Кармель пожала плечами: «Не хочешь — как хочешь». Рычек побаивался крупных животных — и лошадей, и коров.

«Может быть, потом освоится, заинтересуется и захочет. Заставлять глупо».

Какая-то пара шакалов, заходящая в пекарню — пожилая дама в шляпке с полями и крепкий старичок в старомодном пиджаке — вежливо с ней поздоровалась. Не пожирая взглядами, а проявив умеренный интерес. Кармель ответила на приветствие, пожелала парочке хорошего дня, села в машину и поехала к особнячку. Заводить близкое знакомство с шакалами Метелицы она не собиралась.

«Знаю я это все.

Она проследила за грузчиками, попросила их сдвинуть кровать в спальне Рычека, порадовалась тому, что хозяева сдержали свое слово и сделали генеральную уборку. Кухня сияла чистотой, Кармель вскипятила допотопный пузатый чайник, сделала себе чай, а сыну какао, и они сели то ли полдничать, то ли ужинать.