Ювелирная лавка госпожи Таниты

Меня зовут Танита, и я ваша тетя.

Мальчишка моргнул, потом наклонился к уху сестры и произнес громким шепотом:

– Слышишь, Варда? Кажется, заклинание сработало.

Если бы я не сидела, то упала бы точно. Хотелось воскликнуть: “Чегооо?! Какое еще заклинание?!”.

Несколько секунд я глядела на двойняшек, глупо хлопая ресницами, а потом стиснула зубы и сделала глубокий вдох.

Вот только не говорите мне, что эти пройдохи что-то нахимичили, и из-за их проделок я провалилась в люк!

– Тише ты, – шикнула Варда, зажала брату рот ладонью и посмотрела на меня невинными глазенками.

Мальчишка сдвинул ее руку и пробубнил обиженно:

– Почему ты нас не забирала? Мы тебя ждали, а ты все не приезжала.

Меня охватили совершенно иррациональные муки совести и стыд за Таниту. Я сделала манящий жест и произнесла:

– Может, присядете? Поговорим.

Я слышала, что с детьми надо не сюсюкать, а разговаривать, как со взрослыми. И что они понимают больше, чем мы думаем. А про заклинание еще спрошу. Может, и правда, всего лишь детское баловство, а я уже придумала невесть что.

Переглянувшись, ребята медленно приблизились и заняли свободные стулья. Насупились. Они напоминали недоверчивых зверьков, которых может спугнуть любой громкий звук. И я точно не внушала им симпатии.

– Значит, тебя зовут Тимош, а тебя Варда, – я оглядела двойняшек по очереди. – Приятно познакомиться.

Мальчишка фыркнул.

– Спасибо, хоть имена выучила, тетушка.

Сестра метнула на него строгий взгляд.

– Что? – огрызнулся он и сложил на груди руки.

В комнате воцарилась неловкая тишина. Я тяжко вздохнула. И за что мне все это? Обиженных детей не хватало для полного счастья.

– У меня были проблемы, Тимош. Как только я с ними разделалась, сразу поспешила сюда. Во взрослой жизни не все так просто и однозначно, как кажется.

Мальчишка не поверил, ответил колючим взглядом и принялся раскачиваться на стуле. Комнату тут же наполнил раздражающий скрип, от которого у меня разболелась голова.

Варда нервно теребила подол серого платьица до колен, потом вдруг спросила:

– Мы сейчас пойдем домой? Я очень хочу вернуться туда.

В ее голосе было столько отчаяния, робкой надежды и страха, что ей откажут! Я сама будто бы влезла в их шкуру, ощутила себя никому не нужной сиротой без своего дома и поддержки. Этих детей было так жалко.

– Никуда она нас не заберет.