Ты - моя добыча. Книга 1

— А не подскажете, кто здесь жил до меня? — мне было очень интересно, почему никто так и не позарился на этот дом.

Бывший хозяин ненадолго задумался, видимо, решая, стоит ли говорить правду, но солгать не осмелился.

— Да сумасшедшая одна жила, травами занималась.

— И что с ней случилось? — я уже предчувствовала, что всё не просто с этим домом.

— А демоны утащили, — мужичок сноровисто пересчитывал монеты.

— Демоны?! — я ошарашенно округлила глаза, Альф ткнулся мне в ноги.

— Они, проклятущие, — кивнул головой мужик и собрался уходить.

— И куда?

— А пёс их знает, на то они и демоны, чтобы в тайне хранить свои тёмные дела.

Альф угрожающе зарычал.

— Альф, ты чего? — я дёрнула волка за ухо, а мужичок попятился к двери.

— Пойду я, дел много.

Ага, вино не пито, огурец не еден...

Волк проводил мужика недовольным взглядом. И чем он ему не угодил? Перегаром пахнет, чутьё отбивает? Я хмыкнула, вряд ли Альф на такие мелочи внимание обращает. Просто не понравился человек, вот и всё.

Дверь захлопнулась, а я осмотрелась, намечая план работы.

— Ну что, Альф, на рынок?

Мы вышли из дома, я навесила на дверь старый замок. Мне навстречу шагнула лошадь. Да, зря я понадеялась на их совесть. Сломали кол.

Я покосилась на пристройку. Может, сгодится вместо конюшни?

С осторожностью приоткрыв скрипучую дверь, я заглянула внутрь. Обычный сарай.

— Вот ваш новый дом на первое время. Располагайтесь.

Лошадки тут же последовали совету, с радостью ухватившись за сено. Да, я как-то не подумала, что они тоже кушать хотят. Вот ещё одна забота. Может, правда, продать?

Я вздохнула. Оказывается, хозяйство — это не так просто.

Пока мы пришли на рынок, погода немного наладилась. Люди тут же высыпали на улицу — дела ждать не будут. Так, сейчас посмотрим, что можно здесь приобрести.

Глава 21

Какое странное место — человеческий рынок. Все суетятся, кричат, нахваливая товар, ругаются из-за цен и качества услуг, даже дерутся, не найдя компромисса. Альфен с неприязнью смотрел на здоровенную розовощёкую бабу, держащую на руках месячного поросёнка и буквально сующую его под самый нос каждому проходящему мимо. Поросёнок настолько уже умучался, что, обречённо закрыв глаза, готовился к смерти.