На перекрестке магии

Ничего необычного, он вроде бы знал, о чем идет речь. И, похоже, опередил местную программу. А еще здесь вряд ли станут обучать его магии. Значит, придется учиться самому вдали от чужих глаз. Но это все потом, а пока он улегся на кровать и, стоило закрыть глаза, задремал.

***

Миалрос, наши дни

Себастьян после очень «плодотворного» общения с послами сидел в кабинете и перебирал бумаги, переданные дядюшкой. Тот предлагал заключить дополнительные торговые соглашения, усилить безопасность общих границ. Вот только настаивал на свадьбе Беса с одной из кузин, а его величеству такой вариант не нравился совершенно! И кузины не нравились, пусть он их никогда и не видел лично.

Политика, будь она неладна! Еще и магистр не торопился возвращаться в столицу, и Бес уже подумывал о том, чтобы написать наставнику гневное письмо. Но Кир заслужил отдых, пусть такую рабочую поездку и сложно им назвать. Он годы потратил на то, чтобы навестить порядок в ордене, и теперь имел право немного побыть вдали от дел государственных.

Себастьян недовольно фыркнул и снова уткнулся в бумаги. Вода, вода… Надо предоставить на суд советников, но Бес уже и так знал, какое решение примет. В этих документах есть то, что нужно Миалросу: новые торговые соглашения, потому что предыдущие безнадежно устарели. И если хорошенько над ними поработать, может получиться нечто стоящее. Но если выбирать между кузиной и договором… Нет! Жениться молодой король точно не собирался.

Он и сам не мог сказать, почему. Наверное, в глубине души он так и не забыл о предательстве матери по отношению к отцу. О Клейхеде, пусть ему на том свете подсыплют углей под пятки. Слишком много воспоминаний. Да и какая кузина, когда Бес давно свой выбор сделал? Вот только…

В двери постучали, и Лисса вошла, дождавшись ответа.

— Не помешаю? — Она присела напротив, покосилась на кипу бумаг в руках Беса, покачала головой.

— Когда ты мне мешала? — Король отложил документы.

— У тебя много дел.

— Их не становится меньше. Что-то случилось?

Светлейшая молчала, а Себастьян любовался ее лицом, будто озаренным светом, белыми лентами в волосах, изгибом губ. Он любил ее, но, оказывается, иногда этого мало для счастья. И все, что их связывало, — несколько поцелуев в дни юности. Обречь Лиссу на судьбу королевы Миалроса? Это было бы жестоко. У него не самая приятная жизнь. Хотя, уж кто-кто, а Лисса и так в ней замешана, как посланница Анигьос.