Шепот песков

Шли спокойно, не привлекая внимания, но в свет окон трактира старались не попадать. На улице и вовсе ускорились. Даже рядом с нами останавливаться не стали, просто протянули Итвану его и мою сумку и скрылись во тьме переулка. Замешкавшейся мне пришлось их догонять, а после и щемиться в середину. Воспоминания не давали спокойно плестись за их спинами. Морок понятливо хмыкнул, но, спасибо ему, промолчал. В голове взметнулись тоскливые мысли, про магов уточнять у Морока уже не было смысла.

По стремительно темнеющим улочкам шли уже привычно: я посередине, с краев Артист и Итван.

Только теперь еще и Морок добавился. Шел впереди, словно омоновец на задержании. Реакцию вызывал такую же. Редкие поздние прохожие шарахались от нас, как от чумных.

На широкие улицы не выходили, продвигаясь какими-то закоулками. Но мальчики не беспокоились, и я решила не думать об этом.

Внезапно Морок чуть замедлился, поравнялся с Итваном.

— За нами кто-то наблюдает, — услышала я его тихий голос и похолодела. Смотреть по сторонам не стала, боясь привлечь внимание.

Руки непроизвольно сплелись, вцепившись друг в друга пальцами: держать кого-то из ребят в такой ситуации посчитала опасным.

— Где? — едва разобрала в выдохе Итвана слово.

— Не знаю, и это настораживает, — шепнул Морок.

— Культисты... — не то спросил, не то утвердил Итван.

Артист с другой стороны словно разобрал эти тихие перешептывания. Выпрямился, улыбнулся. Но глаза сузились, забегали, высматривая угрозу.

Все изменилось за мгновение: вот мы идем по тихой, темной улице, а вот уже на нас летит сверкающая алым цепь.

Я застыла кроликом, но почти сразу сильный удар сбил с ног. Меня швырнуло вниз, перевернуло и уложило на мягкое. Перед глазами мелькнули камни и черная одежда. Бок заныл, ударившись о жесткие пластины. Морок подо мной выругался сквозь зубы и тут же скинул меня на землю.

— Прочь, — кинул тихо и шагнул вперед, растаяв среди тьмы.

Заорал слева, у стены, Итван, раздаваясь вширь и ввысь. Засветилась его кожа голубыми нитями.

Справа, у другой стены, застыла фигура Артиста. По его рукам стекали яркие голубые огни. Ползли по пальцам и застывали длинными клинками.

Мысль о том, что никогда не видела у рыжего материального оружия, проскакала в пустом мозгу зеленым чертом.

Перед парнями, а так же на крышах ближайших домов застыли мрачные личности в длинных алых балахонах и в черных масках. Может они, конечно, были не черными, но ночь вносила свои изменения в цветопередачу.