Шепот песков

Что произошло дальше, я поняла только потом. Улыбка на худом лице нашего эльфа медленно потухла, а потом он резко вскочил и с криком:

— Мразь! — бросился на идущего рядом со мной Морока.

Кулак целил ему в лицо, но Морок, словно не живой человек, а аэромен на ярмарке, уклонился и неуловимо быстро толкнул рыжего в плечо. Нет, показалось, что толкнул. Артист не слишком отличался от него в скорости и в таком же плавном движении обтек руку Морока, ударив в район живота. Смотреть на это дальше не стали ни я, ни Итван.

— Артист, не надо!

Я бросилась между драчунами, уперлась руками в грудь взбешенному Мороку, повернувшись к Артисту головой и чуть-чуть плечами.

Итван в это же мгновение подскочил к Артисту, крепко обхватив того за плечи. Сомкнутые перед грудью рыжика руки вздулись венами, показывая, как тому не нравится такое обращение.

— Да что с вами? — меня мелко трясло. Ноги отказывались держать, лишь страх, что парни вновь вцепятся друг в друга, заставлял стоять.

— Морок, саан тебя побери, объясни, откуда на ее лице синяк, пока я держу этого вхаара, — прорычал Итван.

А до меня вдруг дошло. Конечно, синяк ныл, простреливая в висок и челюсть. Но это была такая мелочь, по сравнению со всем случившимся, что я даже не задумалась о реакции остальных.

— Никогда, — лед в голосе Морока заставил повернуться. В глазах его плескалась бездна, рискуя затопить с головой уже меня. Невольно отступила, прижав руки уже к своей груди. — Не влезай, — все так же протяжно шипел Морок, — между дерущимися мужчинами.

— Прости, — потупилась, отступая еще на шаг.

— Это не я, — процедил Морок уже Итвану и дышащему, словно бык, Артисту. — Это ее глупость.

Он окинул всех нас взглядом и, развернувшись, пошел прочь из трактира.

Итван медленно выдохнул, отпуская сдувшегося Артиста. А я стояла и смотрела на закрывшуюся дверь остановившимся взглядом. Чувство вины затопило сознание.

— Идем, — мягко обнял за плечи Итван, увлекая к столику. — Тебе нужно позавтракать. А о Мороке не беспокойся, скинет пар и вернется.

Грустно кивнув, позволила усадить себя на стул. Артист, все еще красный и растрепанный, сел напротив, с тревогой вглядываясь мне в лицо.

— Что произошло? — мягко проговорил он, и меня прорвало.

Согнувшись, вцепилась в себя руками.