Два мира, одна любовь

Что в таких случаях делают мужики? Бросаются в драку!

Посмотрела на себя, потом на Вера, который был вдвое больше меня и поняла, что драка с моим участием закончится на первой же секунде.

- Что происходит? – строго спросил майор Смор, но его тихий голос потонул в гомоне голосов кадетов, и он повысил его сильнее: – Тишина!

Никто не слышал преподавателя, и тогда Смор медленно положил мел на стол, потер нос и дунул.

Всех снесло со своих мест вместе с партами! Заскрипели ножки стульев, раздался треск ломающегося дерева и мужские стоны.

Мне повезло больше остальных: я стояла недалеко от стены, и меня туда просто вжало, а вот некоторым ребятам не повезло – их грудные клетки оказались зажаты партами.

- Все? Успокоились? Продолжаем урок! – майор Смор повернулся в доске и, как ни в чем не бывало, продолжил.

Кадеты с тихим кряхтением выбрались из ловушек и чуть ли не на цыпочках расставили парты на места. Я тоже отодвинула свою страдалицу от стены, старательно смотря вниз, и думая, что мужской коллектив, пожалуй, хуже, чем клубок офисных змей, но куда как понятней.

Здесь все решает сила. Вот только как выжать в нем слабой девушке без магии?

Все остальные занятия прошли мирно: я тихонечко переносила схемы и непонятные символы на бумагу, радуясь, что не надо писать под диктовку. И поняла, что это еще одна проблема, с которой предстоит разобраться. И как успеть решить все вопросы в выходные?

На обед наша группа набросилась, как стая голодных волков. Меня даже не волновал странный вид местных блюд и непонятное происхождение ингредиентов.

Я просто набрала то же, что и Ник, стоявший в очереди на раздачу впереди.

А после обеда в расписании стояло страшное неведомое слово «ашари», которое на практику оказалось что-то сродни коллективной медитации вокруг огромного светящегося столба. И когда я убедилась, что все закрыли глаза, сидя в позе йога, и решила просто расслабиться, случилась необъяснимая вещь – пол подо мной дал трещину…

Как хорошо, что никто этого не заметил!

Вечером Кроф отправился отбывать наказание – мыть туалеты, вместе с другими хозяевами бутылок, а Чакки и еще пара нарушителей – мыть аудитории.

Поэтому, как только Ник вышел из комнаты, я тут же бросилась в туалет переодеваться в пижаму.

Прейд уже сидел на кровати, когда я вышла, и поднял на меня удивленный взгляд:

- Уже спать? — а потом пожал плечами, не дожидаясь ответа, будто сам себя одергивая, что это не его дело. Протянул мне конверт: — Тебе письмо.