Огненное сердце Карадонора

Пользуясь шумихой, я приблизилась к креслу правителя и, склонившись, тихо спросила:

– Достопочтенный арх, будет ли мне дозволено просить о милости?

Крамас хмыкнул:

– Хочешь, чтобы я тебя освободил от клятвы? Извини, но не выйдет. Я не знаю кто ты и откуда пришла, ты ничего не рассказываешь о себе и многое скрываешь.

– Я все понимаю, – рискнула перебить арха, – дело не в этом. Дайте мне обещание…

– И какое же? – удивился дракон.

– Если я попрошу, Вы меня отпустите.

Мне показалось, что на замок опустилась тишина, так я ждала ответа этого мужчины.

– И куда же я должен буду тебя отпустить?

– Домой, – прошептала я.

– К красным?

– Нет, мой арх, – мотнула отрицательно головой, – в ответ на Ваше обещание, я дам своё.

– И что же ты можешь пообещать такого, что меня заинтересует? – улыбнулся Крамас.

– Как только представится момент, я расскажу Вам о своем доме и о своей жизни в этом мире.

Что-то в моей интонации заставило мужчину правильно понять смысл сказанных слов и его глаза заметно блеснули интересом.

– Хорошо, – громко, чтобы слышал весь зал, заговорил Арх, -я обещаю при свидетелях, что отпущу тебя, как только ты попросишь.

Благодарно склонилась в глубоком реверансе, что ещё раз вызвало любопытство у правящего арха, такому не учат здешних магов, я сделала это специально, чтобы подкрепить свои слова хоть чем-то, хоть какими-то нестыковками в бытности и образовании. Мой жест понял и Мурэн, я видела, как он волновался за меня, но всячески поддерживал, как настоящий друг.

Бриса поднесла ко мне кубок, я приняла кинжал и уколола свой палец. Несколько капель упали и ударились об дно серебряной чаши, а я начала клятву, смотря в глаза Крамаса.

– Пусть клятва кровная моей верности укажет ровный путь. Все деяния, лишь от сердца идут и лишь в пользу твою, великий арх. Мой обман – смерти равен, а от предательства, плоть моя в муках гнить не перестанет.

Арх спустился ко мне сам и, приняв кубок из рук сестры, выпил находящуюся в нем кровь, не отрывая от меня своих глаз цвета грозового неба.

Боковым зрением я увидела свет у кресла правящего, посмотрев туда, обомлела. В большом зале грозовых драконов стоял хранитель Даротан. Он сложил руки на груди и ухмылялся, глядя на меня.

– Тара… Тариона… Ты чего побледнела? – звала меня Бриса, – Крам, может ей от клятвы плохо стало?

– Да не должно…

Дракон обернулся, чтобы посмотреть, куда же уставлены мои глаза, но ничего не заметил. Опять принялся меня звать.