Огненное сердце Карадонора

И не совсем понятно, дело в самом народе или в его предводителе, архе Крамасе? Как же будет страшно, если начнется война… Крамас не простит похищение и попытку убить его сестру красными, но этот вид драконов очень жесток и многочислен, одним грозовым с ними не справится, это точно…

– Спасибо за прекрасно приготовленную еду и сервировку, – поднявшись со своего места, произнес Крамас, – желаю всем хорошего дня. Встретимся на ужине.

Первыми встали архи и направились к выходу из столовой. Ко мне подошла Бриса и, улыбнувшись всем сидящим со мной за одним столом, заговорила:

– Ну что, пойдем, я покажу тебе окрестности замка.

Девушка ухватила меня за руку и поволокла, как лучшую подружку.

Выйдя из замка, мы направились на задний двор.

– Смотри, – позвала Бриса, – здесь у нас птичники, в них и куры, и утки, и гуси есть. А вот здесь, амбары для скота, там живут свиньи и коровы. Чуть подальше хлев с лошадьми. Ты запоминай, вдруг что понадобится.

– Столько всего много, – опешила я, глядя на доверху забитые помещения.

– Приходится столько держать, – пожала плечами драконница, – замок кушает много, да и ещё для деревни оставляем.

Я непонимающе посмотрела на девушку.

– Понимаешь, Тара, – задумчиво начала Бриса, – в людских деревнях бывает голод. По разным причинам: болезнь, пожар, засуха, нападение оборотней на скот… Такие запасы скота помогают людям не умереть с голода.

– И вы просто так даёте им пищу?

– Да, а что здесь такого? У многих наших работников родственники живут в деревне, а они нам как родные уже.

– Это очень благородно, – заключила я.

– Это воспитание и признание, только и всего. Пойдем дальше.

Мы прогуливались в сторону озера, когда я заметила выходящего из замка Крамаса. Мужчина потянулся и неспешно начал спускаться по ступеням.

– Арх Крамас, – донеслось неподалеку, – Арх Крамас.

Присмотревшись, увидела сгорбленного старичка, который опирался на деревянный посох.

– Санс, святой хранитель, Вам же тяжело так далеко ходить на своих больных ногах.

Крамас упал на колени перед старцем и сжал его руку.

– Что же Вы себя совсем не бережете?

– А чего это я не берегу? Берегу. Вот, ноги разминаю. Думаю, дай к любимому арху схожу, яичек ему принесу. Куры столько нанесли, мне одному не съесть, испортятся же. Вот я тебе и принес.