Солнце краденое

Они пользовались моментом, когда кэп им ответить не может. Но Макар не злопамятный, он просто злой и на память не жаловался никогда.

Инспектор медленно поклонился теперь уже натуральной невесте и каждому участнику этого представления по-отдельности. Выглядело это комично, наверное: мягкая черная сталь скафандра отражала вытянувшиеся лица его окружавших людей, бездушная маска пугала, движения рук завораживали.

— Да он же уродец! Нэрис, очнись, это же не человек! — «Ромэо» не выдержал первым. Как же юные мальчики предсказуемы.

— Нет такого закона, чтобы запрещал участие в свадебном отборе самц... мужчин других гуманоидных рас, — очухался наконец-таки конунг. — Круг впустил претендента, невеста его пригласила, а значит, мне нечего возразить.

Еще бы он возражал. После «пламенной речи» Макара, никто не рискнет его остановить.

— Кэп, посмотрите внимательнее, — в ушах раздался ломающийся голосок Игорешки. — Круг этот похож на сигнализацию от воришек, настроен на гомо, рать вашу, сапиенсов.

Макар медленно поднял руку к виску, отключая сигнал внешнего звука от переводчика. Черт с ними, со зрителями, пусть сочтут это жестом приветствия. Воображение у них очень богатое.

— Игореш, оставайся на связи, с тебя взлом всех их каналов связи и сводки с любого из прошлых отборов. Я хочу знать, чего ждать.

— Аха, принял. Зажги там их, кэп. Девку эту потом замуж выдадим, как откормим.

Макар хмыкнул, приблизив изображение с камеры глаз, направленных на невесту.

— Степ, к моему возвращению врезать в пространство жилого отсека каюту с удобствами и карантином. Место там есть, материалы для принтера тоже. Вход задать только мне и Олейлу.

— Есть, инспектор. Вы точно уверены? — судя по тону, «боцман» в правильности происходящего не был уверен от слова совсем.

— Выполнять! — пришлось напомнить ему о субординации.

Намучается он еще с распустившимся за месяцы вынужденного простоя своим экипажем. Еще и девчонка теперь засветила у них на борту...

Камеры показали некоторое оживление в зале вокруг. Наверное, зрители и участники представления наконец-то переварили увиденное и услышанное.