Верни меня домой

Вдруг им не видно, что я женщина? – Я сбилась с пути, и мне негде переночевать. Не пустите погреться у огня?

Совсем как в той дурацкой присказке, которая начинается с просьбы попить водицы.

Мальчишка, слушая мой лепет, сделал шаг ближе. Потянул носом, точно по запаху пытался определить, хороший я человек или плохой.

– Ты кто? Пес или маг? Не могу понять, – он специально сделал голос грубым, стараясь выглядеть взрослее.

Глава 2

Глава 2, где я знакомлюсь с обитателями волшебной усадьбы

Я облизала пересохшие губы, не зная, какой ответ будет верным.

Своим вопросом Лесек невольно разъяснил картину чужого мира. Идет война между псами и магами. Спросить бы у самих детей, к какому племени они принадлежат, но я видела, что скорее окажусь на улице, чем узнаю, с кем имею дело. На войне право на стороне сильного. Или вооруженного. Сейчас оружие было у мальчика.

– Я человек. Просто человек, – я развела руки, показывая, что в них ничего нет.

– Мертвячка? – мальчишка не двигался, лишь повел колом, будто прикидывал, куда воткнуть.

– Только мертвецы теряют свою принадлежность к виду.

– Я нездешняя и ничего не понимаю в том, что творится вокруг. В моем краю нет разделения на псов и магов.

– На ней волчья шкура, – прошептала девочка, дергая за штаны брата. Теперь я видела, как они похожи. Оба чернявые, смуглые, с темными глазами. – Мама рассказывала, что белые волки водятся на севере.

– Да, я с севера, – ухватилась я за подсказку, – а это шуба из соболя. Ее носила еще моя бабушка.

Это было правдой.

Когда-то шуба была длиной до пят, но я ее укоротила, о чем сейчас сильно жалела. Не тряслась бы от холода.

Упоминание о бабушке подействовало на ребят расслабляюще. Видимо, и у них тоже сохранились чувства к доброй родственнице. Мальчишка опустил кол.

Я же быстро сняла шубу и бросила детям. Пусть убедятся, что таких вещей здесь нет. Лучше слыть пришедшей с севера, чем принадлежать к одному из враждующих лагерей. Меня не волновало, псы мои новые знакомые или маги. Дети есть дети. Они требуют заботы и внимания, а я готова все это предложить в обмен на приют.

Я могу быть полезной.

– Мягкий мех, красивый, – девочка прижала рукав шубы к лицу и в блаженстве закрыла глаза.

– Если мы пустим тебя переночевать, утром уйдешь? – мальчишка продолжал хмурить брови.

– Если захотите, – ответила я, подходя ближе к камину. Сев на корточки, протянула к огню руки. Только сейчас заметила, какими те были грязными. Даже влажные рукава пиджака и свитера пестрели разводами.