Я стала злодейкой любовного романа

Мы зависимы от торговли с ним и его отцом. Если хочешь зваться графской дочерью — будь добра нести обязательства! И только посмей опозорить меня, — Голос графа дрожит от едва сдерживаемой злости.

— Хватит, отец! — повышает голос брат. — Виктория всё поняла. Поняла ведь? — он поднимает на меня хмурый взгляд.

Киваю. В горле стоит ком. Ещё никто и никогда не разговаривал с подобной ненавистью. Будь это мой настоящий отец, я бы не сдержала слёз.

По книге я, конечно, знала, что у Виктории сложные отношения с семьёй, но не подозревала, что настолько.

Всё-таки книга была об Элизе… о её жизни, в которой "бешеная Виктория" выступала вечно мешающей занозой.

— Бал через два дня. Будь добра, не выкинь ещё какой-нибудь дурости, — сухо говорит граф, поднимаясь с места.

"Он имеет в виду обморок Виктории? — догадываюсь я. — Думает, она притворялась?"

Я молча смотрю, как мой названый отец покидает столовую. Роза идёт за ним как верная собачонка. Следом выходит и брат.

Я остаюсь совсем одна за огромным столом. Посередине горит несколько декоративных витых свечей.

Я не отрываю взгляда от их пламени.

“Такой большой дом, а я в нём — совсем одна”, — так, должно быть, чувствовала себя здесь Виктория. Интересно, что стало с её матерью? В книге об этом не было ни слова…

Огонь пляшет на тонком фитиле. Вместе с ним горят секунды моей новой жизни.

“Выбора нет. Придётся идти на бал… — думаю я. — Даже если спрячусь — бал проводится как минимум каждые три месяца. Рано или поздно судьба меня настигнет. Похоже, свернуть с намеченного сюжета будет совсем непросто.

Что, если моя смерть — это единственная возможная концовка? Что если, как бы я ни трепыхалась, всё сведётся к ней?”

Мысль пугающая. Настолько, что у меня леденеют пальцы. Вцепляюсь ими в скатерть. Что мне делать? Опускаю взгляд, проверяя запястье. Сейчас там чистая кожа… Но стоит мне увидеть “истинного”, как на ней проявится узор — точно такой же, какой Алан носит с рождения.

Если он увидит метку, то вцепится и не отпустит.

Во вселенной книги считают, что для каждого в мире существует идеально подходящая для него пара.

Местные романтики верят, что это вторая половинка души, агностики говорят, будто так природа выбирает спутника через память генов, а кто-то уверен, что здесь замешана божественная воля судьбы.

Так или иначе, метка — это стрелка компаса, которая указывает на пару. Стоит людям с одинаковой меткой встретиться, как между ними натягивается незримая связь, и нет ни единого способа её разорвать.