Я стала злодейкой любовного романа

— Не может быть… — Шепчет преступник, поднося кинжал к глазам.

— Так... Тогда мелкую в расход, а эту забираем! И давай быстрее. Мы уже задержались! Заклятие недолго будет их держать.

— Я что ли виноват? — ворчит преступник, перекидывая кинжал в другую руку и поворачиваясь к Элизе. Свободную он кладёт девушке на плечо придерживая.

“Ну нет, только не Элиза! Как они смеют к ней прикасаться? Они её волоска не стоят!” — несутся в голове мысли. Негодование пробуждает какие-то скрытые резервы, я чувствую, как по телу разливается тепло, точно в груди разгорелся костёр.

Преступник замахивается, а я собираю всю свою силу, всю волю в единую точку и всё-таки заставляю тело двигаться.

Это всего лишь неуклюжее скованное движение, но мне удаётся схватить лезвие, когда оно уже готово вонзиться Элизе в грудь. Ладонь пронзает болью.

От неожиданности преступники теряются, но в следующую секунду бьют меня в живот, да так сильно, что я сгибаюсь и падаю на брусчатку. Перед глазами темнеет. Я вижу кровь, растекающуюся от руки.

“Это конец… конец”, — в отчаянии думаю я, пытаясь не отключиться. И дело не в ударе. То короткое усилие, которым я преодолела заклятие, высосало из меня слишком много энергии.

Сознание уплывает.

Неожиданно, сквозь пелену, до меня доносится грохот и топот шагов. Чей-то отчаянный вопль бьёт по ушам. Совсем рядом кто-то кричит:

— Они тут! Быстро сюда! Есть раненые!

Я с трудом открываю глаза и вижу нескольких человек. Они бегут за культистом. Другой преступник лежит в паре шагов со вспоротым брюхом.

Элиза рыдает в три ручья, её больше не сковывает заклятие. А рядом стоит Алан и смотрит своими невыносимыми глазами. Потом присаживается на корточки и аккуратно помогает мне сесть, придерживая под спину. Заботливо прикладывает что-то к порезанной ладони. Тихо спрашивает:

— Как вы себя чувствуете? ...можно я сниму?

И он тянется к моему лицу… чтобы снять маску.

Глава 9

Даже если я и хочу помешать Алану снять с меня маску, то никак не могу. Сил хватает только на жалобное: "Не надо", которое принца, естественно, не останавливает.

У меня вообще есть ощущение, что этого оборотня даже глухая стена не остановит, если уж он чего-то захочет.

Алан аккуратно подцепляет маску и стягивает её прочь. Эмоции последовательно сменяются на его лице: от искреннего удивления к закрытой холодности.

— Виктория Саблфорд, — говорит он самым мрачным голосом.

— Ваша светлость, — шепчу я. Губы слушаются плохо, точно после наркоза.