Фрейлина специального назначения

— Арвенариус, не дай бог, все окажется не так плохо, как вы сказали! Я лично обещаю каждую неделю вас куда-нибудь телепортировать, например, в момент принятия душа!

«О! А я бы испугалась!»

Я представила себе декана, который в мыльной пене вдруг окажется посередине оживленной площади. Троя ведь вполне могла воплотить эту угрозу в жизнь.

— Ну, и что тут произошло? — блондинка начинала зябко ежиться, в коридоре блока было довольно прохладно для ее легкого наряда.

Кто-то из девчонок посообразительнее вынес ей кофту, кажется, та самая девочка в очках, Таниса.

— Три курсантки в комнате не открывают двери! Попасть я туда не могу, защита не пускает, поэтому был вынужден позвать вас!

— Терция — тоже женщина, почему сразу я?

— Возможно, там есть жертвы! Мы слышали крики!

— Ясно, — преподавательница заметно напряглась. — Тогда я пошла!

И исчезла во вспышке портала. Через мгновение с той стороны двери послышалась возня и возмущенные вопли:

— Не смейте открывать двери! — судя по голосу, кричала Ванесса.

— У тебя забыла спросить! — огрызалась Троя.

— Меня же увидят!!! — неподдельная паника звучала в нотках истерического визга.

— Можно подумать, мы голубых не видели.

И дверь распахнулась, приоткрывая завесу тайны.

Нетерпеливо переминающийся с ноги на ногу Арвенариус поспешил войти в комнату:

— Ну, и как это произошло? — вопрошал он, внимательно разглядывая кого-то внутри.

— Я в ду-у-уш схо-ди-ла-а-а! — продолжились стенания.

Переглядываясь, девчонки курса тихонечко подгребали поближе к дверям.

А картина предстала прелюбопытнейшая. Я даже поняла, чьим образом вдохновлялся Джеймс Камерон, снимая «Аватар». Графиня Ванесса была голубая. В прямом смысле. Как равномерно окрашенное пасхальное яйцо — волосы, лицо, шея, руки, все небесно-лазурного цвета.

Маркизе Кларентине повезло больше — у нее голубели только руки до локтей.

Третья девушка из дворянской комнаты — Вероника, кажется, — лежала на кровати, уткнувшись в подушку, и беззвучно сотрясалась. Ее мне стало жалко. Если мерзкие дворянки эту «голубую месть» заслужили, то она была совершенно не виновата. Мне казалось, что Веронике просто удивительным образом не повезло с тройкой. Я даже с облегчением выдохнула, когда девушка, наконец, подняла лицо с подушки, и вместо слез там сияла довольная улыбка.