Пастырь

– А армейские чины как реагируют?

– Так урки военных не задирают, – отмахнулся ладонью жалобщик. – Эшелоны на фронт проскакивают станцию без задержек.

– Ну, ваш же не проскочил?

– У нас только безоружные резервисты, – горестно вздохнул солдат. – Почитай, сплошь новобранцы. Ветеранов, что из госпиталя выписались, десятка не наберётся. А поручика, который роту сопровождал, в первый же день урки подстрелили. Мы его на попутном эшелоне в тыловой госпиталь отправили.

– А сами что на другом попутном транспорте к фронту не подались?

– Приказа некому отдать, – криво усмехнувшись, пожал плечами невинный пацифист.

– Ну, так разбежались бы по домам, – не одобрил такую робость революционных масс анархист.

– Так ведь изловить могут, – вздохнул дезертир. – Трибунал бегунков сразу к стенке ставит. На узловых станциях военные патрули документы проверяют, не проскользнуть.

– И вы всей потерянной ротой решили конца войны в Александровке дождаться? – удивился наивности солдат Алексей.

– Неплохо бы, – мечтательно улыбнулся Васька Брагин и высказал более трезвую мысль: – Может Временное правительство скоро развалится, а новое мир с немцами заключит. Ведь война только буржуям на пользу, трудовому народу никакого прока нет кровь проливать. Говорят, на фронте солдаты обеих армий уж брататься начали.

– Это хорошо, – одобрительно кивнул мирный инок.

– Вот только пока всероссийскую революцию дождёмся, мы на станции от голода передохнем, – посетовал дезертир и потёр ладонью пустое пузо.

– Ну так локальную сотворите, – сумничал грамотный анархист.

– Какую? – не понял мудрёного слова Васька.

– Установите в Александровске свою революционную власть, – скрестив руки на груди, остро глянул в глаза солдату анархист.

– Да как же её, батюшка, установить без оружия? – развёл голые ладони Брагин.

– Так небось склады ломятся от винтовок, что бандюки из угнанных вагонов наворовали, – подсказал источник силы святой человек.

– Там и жратвы полно припасено, – облизнул губы Васька. – Однако без боя урки добро не уступят. А у нас ни одного ствола в наличии нет, положат бандиты из пулемёта всю солдатскую братву.

Благообразный инок огладил смоляную бороду и ободряюще улыбнулся бойцу.

– Коли солдатский комитет роты постановит брать власть в городе в свои руки, то и я чуток благому делу подмогну.