Ведьма в горошек

– Кто ты и откуда явилась?

- Меня маменька к вам отправила за помощью, - сообщила я с широкой улыбкой, доставая письмо из саквояжа.

- Давай сюда письмо и садись туда, - приказал мне старик. – Жди.

Я уселась в указанное место на мягкую скамейку и прислонилась спиной к спинке. Хорошо! Устала, пока добралась из дома. Все-таки, надо было последовать совету матушки и вздремнуть в дилижансе. Но что ж теперь поделаешь. Сейчас маг прочтет письмо, убедится, что мне нужна помощь, разрешит тут переночевать, а завтра я попробую решить свою маленькую проблемку.

Прошло минут двадцать. Маг как ушел, так и не появлялся. Света он не оставил, я сидела почти в полной темноте в незнакомом доме. Хорошо, что в тепле и сухости, а то мог бы и на улице оставить, а там начал накрапывать дождь. Слушая, как капли барабанят по стеклам, я приткнула голову к стене и закрыла глаза. Всего минутку так посижу и открою, решила я.

Разбудили меня голоса. Оба мужские. Они доносились как сквозь вату.

- Пришла, - объяснял старческий шамкающий голос, - ткнула письмо. Я пока до кристалла связи дошел, пока вы ответили, она вот! Спит!

- Странно! – ответил ему молодой голос. – В письме имя адресата не указывается, но настоятельно просится помощь. Кто же эта девушка?

Тут я открыла глаза и уставилась на самого красивого мужчину, когда-либо виденного в своей жизни! Миндалевидные глаза орехового цвета, светлые коротко стриженные волосы, чуть заостренные уши, лицо, будто срисованное с самых затаенных женских фантазий – да передо мной эльф! Матерь Пресветлая, живой эльф!

- Меня зовут Тильда, - смущенно представилась я, вскочив и пригладив волосы руками.

В присутствии этого мужчины я чувствовала невероятное смущение, не в силах побороть себя и взглянуть ему в глаза.

- Тильда, - будто смакуя, протянул эльф. Голос его будоражил такие чувства, о существовании которых я и не подозревала. – Откуда ж ты взялась?

- Из Великих Лук! – выпалила я, насмелившись, наконец, поднять глаза на него.

Он смотрел на меня сверху вниз, улыбаясь уголками восхитительных губ.

- Это многое объясняет, - сообщил он. – Теперь я все понял, конечно. Великие Луки!

Я приосанилась – вон, даже такой красавец слышал про нашу деревню, а фамильяр маменькин сказал, что дыра, а не место!

- А что это – Великие Луки? – убил меня его вопрос.

- Ну как же, вы же должны помнить! – пролепетала я.