Чародейка

Однако в этом человеке чувствовалось внутреннее благородство и стать. Не приходилось сомневаться – в молодости он был очень хорош собой. Как, впрочем, и сейчас.

– Леди Алесия, – один его голос пробирал, вызывая легкий трепет и почтение. – Любой брак скреплен на небесах, а женщина не может быть без мужчины. Даму, покинутую супругом, крайне редко принимают в благородных домах. Вы лишитесь статуса и уважения. Кроме того, у вас едва ли будет шанс повторно вступить в брак.

Только и всего? Ира едва удержалась, чтобы не фыркнуть.

– Я все это хорошо понимаю… Но барону нужен наследник. И другая жена, которая сможет его дать.

– Граф Ормс говорит очень здравые вещи. – проскрипел старец. – И его величество, в своей мудрости, готовы дать вам еще один год.

Карис скрипнул зубами. Однако девушка тоже не испытала восторга. Провести с этим типом под одной крышей целый год? Да ладно жить вместе, но ложиться в постель? Ее натурально передернуло. Вдруг и правда ребенок получится? Тогда уж точно не удастся сбежать.

– Благодарю его величество за оказанную милость, – (на язык так и просилось: «но я – пас»). Пришлось выразиться более изящно. – Но годы идут, барон не молодеет. Кто знает, как скоро наступит тот момент, когда он окончательно утратит способность исполнять свои мужские обязанности?

Кариса вновь перекосило. А Ира почему-то испытывала непреодолимое желание, еще раз проехаться ему по больному. В глубине души она признавала, что выплескивает сейчас на барона то, что предназначалось Данилу.

– Вы уверены, баронесса? – поинтересовался король. – Обратного пути уже не будет.

– Ваше величество, я понимаю. И готова на этот шаг.

Теодор Двенадцатый кашлянул, задумчиво глядя на молодую женщину. Всего год назад, на этом самом месте, она, задыхаясь от слез, умоляла дать ей шанс сохранить семью. А теперь такие разительные перемены. Может, это крайняя степень отчаяния? Или баронесса сама не понимает, что говорит?

Не похоже.

Однако прежде не случалось такого, чтобы женщина легко соглашалась на развод. За тридцать девять лет правления – целых четыре подобных процесса. И после каждого, отвратительное послевкусие. Гадко это, подписывать семье приговор. Но без личного королевского указа, супругов никогда не разведут.

И если мужчина может спокойно продолжать светскую жизнь, то на разведенных женщинах, общество ставит жирный такой крест.