Чародейка

В основе первой лежала глина и мокрый песок…»

Разбивая тишину, в дверь заколотили с такой силой, будто надеялись снести ее с петель.

– Эйса Кэрин, будьте добры, откройте!

Кэрин насторожилась, но все же подошла к двери. На пороге, собственной персоной, возвышался хозяин таверны.

– Чем обязана? – холодно поинтересовалась девушка, скрещивая руки на груди.

– Не сочтите за оскорбление, эйса Кэрин. Но одной из служанок показалось, будто вы привели мужчину.

– Я… что?! – в лицо ей бросилась краска. – Простите, Альверт, можете ли вы повторить?

Мужчина смутился.

– Ну… сами понимаете. Я ведь должен проверить.

Кэрин напустила на себя маску спокойствия.

– Понимаю. Очень хорошо все понимаю. После службы в чужом городе, преодолев с полсотни верст, в нескольких часах от родного монастыря, я буду думать исключительно о мужчинах. Так?

Хозяин таверны переступил с ноги на ногу. Но девушка не дала вставить ему и слово.

– Останавливаясь у вас, я смела надеяться, что мой покой не потревожат беспутные соседи.

Но и подумать не могла, что в беспутстве обвинят меня… – она понизила голос и теперь глядела в упор на собеседника. – Но раз вы настаиваете, то войдите сами и проверьте. Я одна.

Она посторонилась, ни на миг не выдав своего беспокойства. Только бы Лайон лежал в своем углу тихо.

Альверт потупился.

– Эйса Кэрин, я не смею подозревать вас.

– Я настаиваю, чтобы вы осмотрели комнату. А когда закончите, жду извинений.

Девушка не пыталась заступить путь, только смотрела так, что хозяину таверны стало неловко.

Он сам в свое время посещал школу при монастыре, и помнил царившую там строгость. Ему даже в голову бы не пришло, что монастырская учительница может врать. Зато мужчина прекрасно видел возмущение, скрытое за маской ледяного спокойствия.

– Простите, эйса Кэрин. Служанке должно быть показалось.

– Она видела, как мужчина входил ко мне?

– Она просто заметила, как в таверну входит посторонний, но не видела, как тот выходил.

Девушка чуть склонила голову. Она отдавала себе отчет, что поступает дурно, но это будет лишь на ее совести.

– Что ж, я прощаю вам это недоразумение, Альверт. И благодарю за беспокойство.

Закрыв дверь, Кэрин прислонилась к ней спиной. Глупо. И чудовищно неосторожно. Остается только утешать себя тем, что этой ложью она возможно спасла чью-то жизнь.

***

Отпустив служанку, Ира заглянула в корзинку для рукоделия. Там обнаружился ворох ниток разных цветов, кусок ткани с вышитым узором и пугающего вида ножницы.