Игроки

Особенно меня вдохновило принесение жениха в жертву на ритуальной пентаграмме. Я так живо это представила, что казалось — все это происходит наяву: страх в ранее холодно-непроницаемых черных глазах, трепыхание язычков пламени свечей, стоящих в вершине пентаграммы, антимагические путы, привязывающие жертву, напряженные мышцы жертвы, пытающейся вырваться. В этом месте моя фантазия давала некоторый сбой, так как жертва должна быть обнаженной. Раздетого лорда Эгре я не видела, поэтому не могла представить, есть ли там что-то похожее на мускулатуру.

 — Инорита, к вам целитель от лорда Эгре, — тронула меня за плечо Марта. — Беспокоится жених о вашем здоровье.

 — Да я уже вижу, что беспокойство напрасно. Разве могут быть проблемы со здоровьем у столь мечтательно улыбающейся инориты? — Присланный целитель сразу начал с комплемента. — О женихе, наверное, думаете?

 — Конечно, — ответила я и ни капельки не соврала при этом.

 — Да, с таким лицом только о близкой свадьбе грезят, — согласился он.

 Я опустила глаза долу. О чем я грезила, ему знать не обязательно. Достаточно знать, о ком. Пусть порадует своего нанимателя, какая у него влюбленная и скромная невеста. Правда, я уже успела подпортить свой скромный образ при сватовстве, если можно так его назвать, но у меня есть оправдание — слишком неожиданно и быстро все случилось.

 Целитель отнесся к поручению ответственно: осмотрел от и до, потом заявил, что ничего страшного не находит, лишь небольшая повышенная возбудимость, для снятия которой тут же подсунул подозрительного вида пилюли. Общеукрепляющие, а как же! Только общеукрепляющие могут быть столь ядовито-зеленого цвета с грязно-розовыми вкраплениями. Пусть сам ест этакую гадость. 

Я со счастливой улыбкой поблагодарила, но принимать не стала, отговорилась, что считаю это слишком интимным занятием.

 — В пансионе монахини учили, что все, касающееся лечения, нужно делать без посторонних глаз, — смиренно сказала я. — Ибо неприлично это.

 И сурово посмотрела на целителя, чтобы проникся своим поведением и не требовал от благородной девушки столь недостойного поведения.

 — Мне необходимо убедиться, что вы начали лечение, — продолжал он упорствовать.

 — Я пожалуюсь лорду Эгре.