Чародейка

Неприятные мурашки поползли по спине, и я почувствовала чьё-то присутствие.

Нет, я ещё никого не видела, но уже знала: кроме нас здесь есть кто-то ещё.

И я не ошиблась. Через минуту из-за камня показалась тонкая женская фигура. В этот же миг Шейн еле слышно заговорил:

— Не шевелись и молчи, что бы не произошло.

Парень по-прежнему прижимал меня к валуну, и только теперь я поняла, что он пытается заслонить меня собой. Его глаза были закрыты, и поначалу я подумала, что он тоже испугался, но я ошиблась. Лицо шатена было сосредоточенным, а губы едва уловимо шевелились.

Должно быть он читал какое-то заклинание.

Тем временем женский силуэт приближался. На безумно тощей фигуре висели старые лохмотья вместо одежды, длинные бесцветные волосы развивались в воздухе, словно от ветра, но никакого ветра не было. А самое страшное было то, что женщина не шла, а парила над водой. Сомнений, что это не человек не оставалось.

Существо медленно скользило в паре метрах от нашего убежища, но когда поравнялось с нами — застыло.

Несколько невообразимо долгих секунд оно стояло, точно прислушиваясь. Моё сердце забарабанило как сумасшедшее, готовясь вот-вот выпрыгнуть из груди. А затем женская голова резко повернулась и уставилась прямо на нас.

Дикими усилиями я подавила просящийся наружу крик ужаса. Это была не женщина, нет. Во всяком случае не сейчас. Это были её останки, скелет, обтянутый посеревшей кожей. Губы были синими, потрескавшимися, точно земля от засухи. Глазницы — впалыми и широкими.

А в глубине глазниц поблескивали бледно-голубые нечеловеческие глаза. Прошла одна минута, затем другая. И я поняла — она нас не видит. В том, что это была заслуга Шейна, я даже не сомневалась.

Да, она нас не видела, но определённо чувствовала. Иначе как объяснить то, что она смотрела в нашу сторону и не желала уходить? Я изо всех сил старалась не смотреть на неё, уж слишком неприятное и жуткое зрелище это было, однако взгляд каждый раз возвращался к безжизненным глазам. Словно приворожённая я и в этот раз уставилась в бледно-голубые светлячки, да больше не смогла отвести взгляда.

Мелкая дрожь побежала по всему телу, а затем я словно провалилась под лёд. Неистовый холод обрушился на меня с такой силой, что я принялась жадно ловить воздух ртом, задыхаясь. Казалось, что он заполнил каждую клеточку тела. Я больше не дрожала, я тряслась, словно в лихорадке.

— Смотри только на меня, — услышала я у самого уха еле различимый голос Шейна.