Чародейка

Я-то представляла, что удастся пройти ускоренный курс молодого бойца.

— Если речь идёт о мантикоре, то конечно, — вмешалась Грейвз. Кажется, ей тоже было не по душе высказывание старшекурсника.

— Мантикору никому в одиночку не одолеть. Разве что хорошо обученному мальфару, — заметил Генри. И мне тут же на ум пришёл один такой мальфар. Шейн точно бы смог, с его-то силищей.

— Хорошо, если не мантикору, то кого? — Нейт посмотрел со снисходительной улыбкой на Грейвз. Ведьма задумчиво уставилась за его спину, а затем на её губах расплылась весёлая ухмылка.

— Например, одного несмышлёного мага, — отозвалась она; в зелёных глазах сверкнул азарт, а в следующее мгновение руки, плечи и грудь парня обвила гибкая лоза, заваливая того на траву. Кьяра, Генри и Нора одобрительно загалдели, подбадривая Грейвз и выкрикивая: «Давай! Так его!», Тиана от восторга захлопала в ладоши, а мы с Бьёрном закатились смехом.

— Ладно, ладно, сдаюсь! — засмеялся Нейт, так и не сумев вырваться из пут.

— Не так плохо? Тебе только что надрали задницу, — подтрунила его Кьяра. Все снова рассмеялись, даже сам Нейт. Кажется, он был славным парнем. — А в прошлом году ты считался самым сильным магом своего факультета.

Завершить первое собрание решили дружеским поединком, впрочем, который быстро вышел из-под контроля и превратился в массовое дурачество. Не знаю, как это произошло, но в какой-то момент правила игры изменились: тот, кто оказывался на земле, считался проигравшим.

— Вали этого волчару! — завопила она, бросаясь в новую атаку и утягивая меня за собой. Правда, закончилось всё тем, что этот самый «волчара» придавливал меня к газону, а через мгновение сверху него плюхнулась и волчица.

— Разда́вите, — прокряхтела я, пытаясь сбросить с себя совсем не лёгкие тушки оборотней.

— Я победила! — радостно воскликнула Кьяра, вскакивая на ноги. Бьёрн перекатился и лёг рядом со мной; его грудь содрогалась от смеха. В этот момент я почувствовала себя почти счастливой. Так здорово было просто лежать на траве, смотреть на небо, окрашенное закатом, слышать сбоку заразительный смех и позволить себе поддаться ему.