Убить Сталина

Позже замок неоднократно перепродавался, закладывался, сдавался в аренду, пока наконец у него не нашелся в моем лице прекрасный хозяин. А сейчас залы замка украшают великолепные коллекции живописи и старинной мебели, лучшей в Европе. – Чуть подумав, он добавил: – А может быть, даже и в мире.

– Вы что-то хотели мне сказать, господин рейхсминистр, – сдержанно напомнил Шелленберг. – Скоро ужин, и я всерьез опасаюсь, что он начнется без нас.

Риббентроп улыбнулся:

– Не беспокойтесь, в этом доме не начинают ужин раньше хозяина.

– Господин Риббентроп, секретность – моя профессия. Да и ваша тоже…

– То, о чем я вам сейчас скажу, никто, кроме фюрера и Бормана, не знает. На нашем последнем с фюрером заседании я предложил убрать Сталина!

Где-то на середине озера раздался сильный плеск, словно кто-то ударил по поверхности широкой доской. Так могла шалить только щука. Разгоряченная погоней, она могла выпрыгнуть из озера и, ударив по воде хвостом, продолжить свою охоту.

Заявление было неожиданным. Шелленберг невольно повернулся в сторону источника шума, не представляя, как надо реагировать на высказывание министра. Не дождавшись ответа, Риббентроп со страстью продолжал:

– Сталин – это страшная коммунистическая зараза, от которой нужно избавляться. Жаль, что мы не сделали этого раньше, тогда, возможно, не было бы таких больших потерь на Восточном фронте. Но наше дело не проиграно, ошибку можно исправить. Весь советский режим держится исключительно на личности только одного человека, на Сталине! И если мы его устраним, Советский Союз рассыплется, как карточный домик, а мы поможем ему рухнуть своими победами на фронтах.

– Значит, вы говорили с фюрером об этом? – как можно сдержаннее спросил Вальтер Шелленберг.

– Разумеется! Наш разговор состоялся в «Бергхофе». Я предложил организовать конференцию, в которой должен принять участие Сталин, а там ради фюрера и тысячелетнего рейха я готов пожертвовать собой и убить Сталина!

Не удержавшись, Шелленберг слегка поморщился:

– И как вы это собираетесь сделать – один? Без поддержки со стороны? Вы не подумали о том, что конференции подобного рода очень тщательно охраняются, а потом, нужна соответствующая причина для того, чтобы Сталин приехал туда, где будут наши представители, ведь он очень осторожен и подозрителен.

Рейхсминистр одобрительно кивнул:

– Примерно то же самое мне сказал и фюрер.