Серафима спешит на помощь

Но граф рассказал Хьюго всё и начистоту – о том, что сам Хьюго ни в чём не виноват, это слепая судьба, и о том, что можно прожить жизнь и не сойти с ума, и о том, как избавиться, если уж припёрло. Вроде бы, способ был действенным, но ни отец, ни Хьюго не знали лично ни одного мага из тех, кто был бы проклят и освободился от проклятия с помощью иномирянки. Или в Альтории не было таких, или тщательно скрывали.

Таких знал Эдрик, вредный дух первого графа, предка Хьюго. Но тот просто видел за свою жизнь, человеческую и потом призрачную, столько, что Хьюго и вообразить-то себе такое не мог.

После Хьюго ещё и несколько книг прочёл – как раз о том, как тёмному магу снять проклятие. И даже книги эти вроде бы писали со слов тех, кому тоже не повезло, но кто не сдался и победил.

Очевидно, Хьюго сдался и проиграл. Но… даже если он спасётся, ему нет прощения. Поэтому в том спасении нет никакого смысла, совсем никакого. И он столько раз пытался объяснить это Эдрику… но Эдрик упёрся и говорил – нет, пойдёшь и сделаешь всё, что нужно.

Хьюго не собирался никуда идти, и ловить в лесу девушку – тем более, что за дикость – охотиться на девушек, будто это зайцы какие или козы? Охотиться надо на зверей, а в Туманном лесу – истреблять нежить, раз уж там такое место, что нежить там плодится и множится, и то и дело лезет наружу. Уж Хьюго-то знает, потому что его первый поход на нежить состоялся в тринадцать лет, вёл тот поход старший брат Стефан. И тогда оказалось, что хоть самый младший сын графа Вильгельма и юн, но магической силы у него достаточно, рука тверда, а сердце не знает страха.

И уже через три года он сам повёл отряд – когда нежить повылезла из-под гор и угрожала здешним поселениям. И год от года ходил сам и водил других.

Так вышло, что отец полностью переложил заботу о защите людей от нежити Туманного леса на Хьюго. Стефан обычно находился в столице при короле, Эдриан отправился послом в Нидолию, а Томас подумывал о жреческой карьере.

Сёстры же разъехались замуж, все три. А Хьюго оставался дома, и командовал отцовской гвардией, и защитой границ графства от буйных соседей и от нежити. Даже больше от нежити, потому что соседям разок объяснишь – и хватит на пару поколений, по словам Эдрика. А нежити можно хоть каждый день объяснять, и то без толку.

Хьюго полюбил быть лучшим, нужным, незаменимым. И был так горд своими успехами и похвалой отца, что… что всё вышло так, как вышло.