Почти цивилизованный Восток

В романах иногда героинь крадут благородные разбойники, правда, не из-за выкупа, а по любви или там из мести, но ведь можно и выкупом обойтись.

Благодарностью.

Отец…

Когда Эву подхватили на руки, она почти успокоилась. С женщиной она договорится.

Обязательно.

Глава 5 В которой обстоятельства смущают

Глава 5 В которой обстоятельства смущают

Отель «Три короны», безусловно, не шел ни в какое сравнение с забегаловками, в которых Эдди случалось бывать. Оттого он несколько робел.

А от робости и злился.

- Улыбайся, дорогой, - вот матушка держалась так, будто полжизни провела не в разваливающемся поместье, а посреди этакой вот роскоши.

Ковры.

И главное, не какие-то там циновки, которых не жаль, а натуральнейшие. Мягкие. Один, небось, на сотню золотом потянет, если не больше.

Дерево.

Полированное. Блестящее. А главное даже не это. Когда подъехали, Эдди еще подумалось, что не ошибся ли кучер, но матушке выбраться из коляски помог, руку подал и на красную дорожку, что пролегла по мраморным ступеням, препроводил.

А сам же силой воли заставил себя не пялится.

Дом?

Здоровенный? Этажей в пять? Может и во все шесть? С каменными колоннами, со львами у основания лестницы, с чашами, в которых цветы росли.

Балконами.

Балкончиками.

И прочими излишествами.

- Чем я могу помочь, - дорогу преградил человек в алом мундире с золотыми пуговицами. Был он высок, широкоплеч и, главное, глядел с чувством собственного превосходства. – Господа?

- Нумер нужен, - сказал Эдди.

Когда там, на летном поле, Чарли предложил поселиться у него, Эдди отказался.

Оно ведь как? Чего в молодую семью лезть. А ведь полезть потянет, он с ходу почуял, что нелегко сестренке придется. И у нее характер. И у Эдди характер. С тех характеров мало ли чего натворить можно. А Чарли кивнул, мол, будто и не ожидал иного, и сказал, что их в приличный отель отвезут.

Вот и отвезли.

В эту вот… с коврами на лестнице. Какой человек в здравом уме будет выстилать лестницу коврами? Перед этим, в красном костюме, встал другой, в костюме темном, который и вез их.

Кучер, стало быть. И произнес что-то столь тихо, что даже Эдди со своим преотменным слухом не разобрал.

Дверь перед ними распахнули, хотя вот честно, Эдди куда охотнее бы убрался в местечко попроще, без ковров, каменных львов и прочей мутотени. Но нет, матушка мило улыбнулась и пошла.

А Эдди что?

Эдди матушку в подобном месте одну не оставит. Пришлось делать рожу из тех, что для приличного общества, кирпичом стало быть, и за ней.