Гадалка - 2. Игра в прятки

— Я пожала плечами, удивленная обстоятельством, что надо повторять все по второму разу. — Это бывшее поместье некой Аделины, а она, наверное, была…

— Он назвал род, к которому принадлежала эта Аделина? — оборвал меня Седрик, чуть поморщившись от моей горячей неуемной жажды поделиться собственными выводами по поводу задания Себастьяна.

— Нет, но это же и так понятно! — Я с негодованием всплеснула руками, раздраженная тем, что стоит объяснять настолько прописные истины. — Ты же видел его лицо, когда я ему рассказала про кольцо! Наверняка он был влюблен в эту самую Аделину.

— А также возможно, что это его сестра или кузина, неудачно вышедшая замуж; быть может, какая-нибудь знакомая или подруга детства, — возразил Седрик. — Трикс, согласись, вчерашнее гадание означает сотни вариантов того, как все было на самом деле. В сущности, что такого особенного ты сказала Себастьяну? Невеста, рыцарь, ее защищающий, и бог мертвых — ты хоть представляешь, сколько историй можно сочинить с этими деталями? Просто твои слова оказались созвучны мыслям Себастьяна, поэтому он настолько горячо отреагировал.

Я открыла было рот, чтобы поведать и о призраке девицы, навестившей меня этим же вечером, но тут же благоразумно захлопнула. Пожалуй, эту деталь ему точно не следует знать. Иначе он обязательно заинтересуется тем, что делал его начальник в спальне с его же невестой. Демоны, Трикс, как же ты вляпалась! Ведь еще необходимо придумать, как обставить поздний визит Себастьяна таким образом, чтобы у Седрика не возникло и тени ненужных сомнений и подозрений.

— То есть ты мне не веришь? — Я насупилась, недовольная тем, что Седрик опять принялся открыто сомневаться в моем даре.

— Не обижайся, — попросил он и ласково чмокнул меня в нос. — Трикс, милая, ты сама прекрасно понимаешь, что гадание — это очень неточная наука. Право слово, на картах ведь не было написано имя этой загадочной девушки, его тебе сказал Себастьян.

Я поджала губы. Конечно, Седрик прав, но мне было не по себе от тех скептических ноток, которые вновь зазвучали в его голосе при упоминании о моем занятии. Да, сдается, скорее небо рухнет на землю и гули станут вегетарианцами, чем он окончательно и бесповоротно поверит в мой дар.